Наконец-то Гриша обернулся, заметил меня и прошептал Кирюхе:
– Шухер! Наша база рассекречена!
Сынок тоже посмотрел в мою сторону, звонко рассмеялся, подбежал ко мне и крепко обнял.
– Мам, а мы тут с дядей Гришей в военных играли! – он быстро затараторил, пересказывая их игру.
– Спать тебе пора, родной, – сказала я, потрепав его по макушке.
Кирилл надул губы, но покорно побежал умываться и чистить зубы, а потом быстро залез под одеяло.
– Спокойной ночи, дядя Гриша. Спокойной ночи, мам, – сопя носом, сказал он, смотря на нас несколько удивленно.
Видимо, до сих пор не мог сообразить, почему рядом с мамой постоянно находится чужой дядя.
Черкасов действительно меня удивил, пробубнив:
– И тебе, Кирюх. Не расстраивайся, завтра еще поиграем! – поцеловал сына в лоб и направился к выходу.
Я села на кровать рядом с Кириллом и долго гладила его по спине, убаюкивая. Когда он наконец-то уснул, я вышла из комнаты и тут же попалась Грише в объятия, мгновенно прижавшему меня к стене.
– Мы должны сказать ему, Лиза! – обдавая горячим дыханием, настоятельно потребовал он.
– Я больше не хочу слышать это пресловутое «дядя Гриша».
– Ты и правда считаешь, что он сразу начнет называть тебя папой? – выпустила я иголки.
– Я не настолько глуп, чтобы надеяться на это. Но и дальше скрывать правду нечестно.
– Хорошо, – сдалась я, понимая, что на самом деле Черкасов прав. – Утром с ним поговорю.
– Нет, – произнес так резко, что я невольно вжалась в стену, едва не потеряв опору. – Скажем ему вместе. Там, где у тебя не хватит слов, я смогу что-то добавить.
Я хочу видеть его глаза, когда он услышит, кто настоящий папа.
Я только и смогла, что растерянно кивнуть. Боже, я до сих пор не представляю себе, как открыть сыну правду…
Телефон в кармане призывно запиликал, Гриша слегка отстранился, давая мне возможность ответить.
Костя. Как же он не вовремя…
– Да, – я взяла трубку и пробурчала раздраженно.
– Лизонька, – елейный голос мужа заставил мои нервы сжаться в комок. Если бы они были шаровой молнией – непременно уже кого-нибудь убили бы.
– Что ты хочешь? – поинтересовалась хмуро.
– Я хотел сказать, что вернулся домой и жду вас. Уже темно, вы у твоих родителей? – спросил он, изображая заботливого мужа и отца.
– Родители уехали к тете Наде и вернутся только шестого числа, а мы у Таи, – соврала я, не желая объяснять, где мы на самом деле находимся. – Я не вернусь домой, Костя…
Я увидела, как у Гриши заходили желваки. Судя по всему, звонок моего мужа довел его до бешенства.
