Правильные своевременные решения таяли под напором усталости, нервов и бешеных чувств, которые я испытывала к этому мужчину. Будто уловив мою слабину, Гриша снова впился губами в мои, наши языки затанцевали, сплетаясь, я застонала, ощущая, как подгибаются ноги, стоять я уже не могла…
Мы быстро оказались в постели, слова больше были не нужны, сопротивление было полностью сломлено и трепыхалось, умирая, а желания раздирали меня на части и диктовали свою волю.
Я стеснялась… своего тела… своей неопытности… Гриша, как известный герой-любовник, виделся мне недосягаемой высотой, которой я не способна достигнуть, мужчиной, которого сложно удивить.
Но оказалось, что иногда достаточно обоюдного чувства единения и неосязаемого понимания правильности происходящего, которое подсказывало, что нужно просто позволить ему быть ведущим, а мне скользнуть в пропасть вместе с ним и довериться. Держаться друг за друга. Доверять. Чувствовать. Дышать одним воздухом.
И не сорваться вниз и разбиться вдребезги, а воспарить так высоко, как только возможно…
Глава 39.
Гриша. Откровения на ночь"
"Волнение всё еще не утихало, когда я осторожно выбирался из постели от тихой и разомлевшей Лизы. То, что случилось между нами, назревало с той самой минуты, как я познакомился заново с той девушкой, с которой восемь лет назад связала одна случайная ночь, и понял, что она стала намного более значимой, чем все остальные.
То, как она отзывалась на мои ласки, как отдавалась… Такого я не чувствовал никогда и ни с кем. Искренне, открыто, неуверенно, но так доверчиво покоряясь мне… Внутри зарождалось четкое понимание, что не отпущу ни за что, как бы ни сопротивлялась.
Бороться придется с обстоятельствами и с самой Лизой, но я был готов.
Поцеловал припухшие губы и с трудом вышел за дверь, хотя больше всего хотелось остаться и заново исследовать новые грани чувств, которые никогда не испытывал прежде. Назвать это любовью боялся, слишком сильное слово, не верил, что возможно полюбить за пару дней. Но привязанность, сильная потребность, желание быть рядом, сильнейшая симпатия, восхищение…
Так или иначе, я не хотел расставаться с этой девушкой, а воспоминания о других растаяли как дым…
Я шел по дому и улыбался, добираясь до кухни в поисках минеральной воды.
Жутко хотелось пить. Потом вдруг вспомнил про сына и снова опрометью бросился наверх, осторожно заглянул в его комнату. Сынишка даже не шелохнулся. Нагулянный, распаренный после бани, конечно же, он спал без задних ног.
