От Смолина пришло сообщение, в котором он написал, что будет у меня в два тридцать. Оставалось полтора часа.
Решив, что ещё один кофе в дорогу мне не помешает, пошла на кухню, где, удобно устроившись с чашкой в руках, села ждать шефа, поглядывая на часы, время на которых двигалось медленнее улитки. И, как следствие, отложенные на время сборов мысли вернулись ко мне. В пятницу Смолин вёл себя достаточно открыто, вполне очевидно показывая свои намерения в отношении меня. И если честно, я тоже хотела, причем очень, перейти на этот уровень, но боялась оказаться той влюбленной дурой, которую через два дня подвинет какая-нибудь длинноногая блондинка.
Ведь ясно, что будущего у этих отношений нет. Слишком часто Смолин менял любовниц. Только за время моего присутствия их было три. И нужно помнить, что в лучшем случае я могу лишится любимой работы, а в худшем — и работы, и своего непутёвого сердца. Поверить, что я смогла привлечь красивого, богатого мужчину, меняющего дамочек как перчатки? Что он женится на мне, и мы будем жить долго и счастливо? Ха-ха.
Как говорится, горбатого могила исправит…
Я ходила по кухне, не находя себе места. Дура ты, Вера! О чём тут думать! Конечно, нужно быть проще и решиться на бурный, но короткий роман со своим шефом! В конце концов, с кем не бывает. Потом останемся друзьями, продолжим работать вместе, возможно, до пенсии… Попробовать? Ага! А потом смотреть на череду девиц, проплывающих мимо меня в его кабинет, которые с каждым разом будут все моложе и моложе… И так до самой пенсии, ну или смерти от незаживающих сердечных ран.
Время тянулось дико медленно. В два от шефа пришло сообщение: «Выезжаю».
Через пятнадцать минут я катила чемодан к входной двери, попутно проверяя, всё ли выключено. Решила спуститься вниз с чемоданом, чтобы не давать ему повода подниматься ко мне в квартиру. На улице было холодно, так как осень, днем ещё позволяющая солнцу согревать нас лучами, ночью вступала в свои права. Я стояла уже минут пять и даже успела замерзнуть, когда вдалеке увидела свет фар, и через минуту к подъезду подъехала офисная машина, осветив мою одинокую фигурку около подъезда.
Вздохнула с облегчением, хоть и родной двор, всё же ночь.
— Доброй ночи, Вера Павловна. Зачем вы вышли? Я бы поднялся. — Из машины выскочил Николай, водитель, закрепленный за канцелярией и возивший сотрудников по мелким поручениям.
— Доброй ночи. Не хотела задерживать.
Он забрал мой чемодан и, убрав его в багажник, открыл передо мной заднюю дверь.
