Боец 2. Лихие 90-е

Хотя до этого оставалось совсем чуть-чуть. Я медленно поднялся в сидячее положение, рукой проверил целостность носа, наличие сечек, вытащил капу. Зубы тоже оказались целыми, слава Богу. В целом ощущение было такое, будто меня засунули в стиральную машину на режим выжимки белья. Голова гудела, все мышцы ныли. Кстати, я поймал на себе парочку изумленных взглядов тех, кто устроил эту трепку. Парни явно не понимали, как после такого я в принципе сижу и ощупываю себя — но, кажется, их интересовало только это, как некий феномен, а не то, что всё это — их рук дело.

Вон Танк и Шиза до сих пор находятся «по ту сторону», но они и чистые плюхи пропустили, а мне, можно сказать, повезло.

Хрен меня дернул показать своим видом, что мне такое испытание — как чайку хлебнуть. Я попытался подняться, но меня тут же повело, помимо пропущенных ударов сказалась общая колоссальная усталость, которая теперь будто собралась вся разом и давила огромным прессом.

— Ну ты живой, Боец, — тренер подошел ближе, внимательно меня осмотрел.

 — В больничку поедем?

— Обойдусь, — я покачал головой, в первый раз, что ли, в передрягах участвовать.

— Давай вставай, — Степаныч подал мне руку.

Я помощь принял, на этот раз вестибулярный аппарат отработал на все сто, и я остался в вертикальном положении. Из горизонтального положения подняли Танка и Шизу, откуда-то взялся нашатырь, которым те же самые парни с подачи Степаныча откачали моих товарищей. Выглядели что Танк, что Шиза неважно. Я вспомнил, каким жестким ударом встретили Танка, у пацана чуть голова с плеч не слетела, и не помогла ведь природная «броня».

Немного придя в чувство, я тут же нашел своими глазами глаза тренера.

— И на хрена все это было, Владимир Степаныч? — прошипел я, с трудом сдерживая разрывающую изнутри агрессию.

Тренер глаз не отвел, скрестил руки на груди и улыбнулся уголками губ, что меня еще больше взбесило.

— Просто представь, Боец, если бы такое случилось в Краснодаре на турнире. Ты пропустил удар, поплыл… в любом другом виде спорта тебя не дадут добивать, бой остановят.

Снимут очки, нокдаун посчитают, — Степаныч пожал плечами. — А в Краснодаре тебя просто добьют, башкой канвас ринга вытрут, если он вообще будет. Никто ни тебя, ни твоего соперника не станет останавливать."

"Мне не нашлось, что возразить. Хотя я бы лично погуманнее методы выбирал. Не потому, что я такой добрый, а тупо из-за того, что с таким подходом кладбищенским некого будет на турнир ставить.