Боец 3. Лихие 90-е

— По прозвищу Ржавый, встречайте, — представил ведущий того урода, который мне руку не протянул.

Тот, выходя, нарочито пихнул меня локтем в плечо. Я стиснул зубы, сдерживаясь, чтобы прямо здесь не подсечь этого клоуна ногой. Не знаю, что бы из этого вышло потом, но этот человек вызывал у меня раздражение, с которым справиться было все сложнее. Ржавый, как его, оказывается, звали, прошел к ведущему, поманил его пальцем, чтобы тот поднес микрофон. А народ в зале, к моему удивлению, начал хлопать ничуть не тише, чем «звезде вечера» Кабану.

— Участвовал в боевых действиях в Афганистане, отбывал срок, бился в боях без правил и стал лучшим в своей колонии, — представился он, и хищно улыбнувшись, добавил. — Победитель прошлогоднего турнира на воле, все бои закончились досрочно.

— Ни хрена, — прокомментировал Танк. — Как ты ему только в вестибюле умудрился вдарить… это ж монстр!

Я слова Танка никак не прокомментировал. Но, что скрывать, прошлым этого Ржавого был впечатлен. Да и, справедливости ради, я ведь его не наглухо свалил, суку, хотя бил так, чтобы наверняка.

И неспроста — серьезный, оказывается, соперник. Уходя, он скалясь, прошил меня взглядом. Заметил, козел, что я впечатлился, и лишний раз показывал, что у нас остались несведенные счеты.

— Ща я пойду, — выдохнул Танк. — Ну, пожелай ни пуха, ни пера.

— К черту. Давай.

Танка отстрелялся довольно быстро. Из регалий у него был разряд по боксу и победа в тяжелой весовой категории по Ростову. Всё это особо не впечатляло, но за счет того, что пацан обладал впечатляющей природной мощью, ставку на него сделали сразу пять человек.

Ну а следом настала моя очередь.

— Встречайте, по прозвищу Боец!

Я пошел вперед, понятия не имея, что говорить собравшейся публике. В этой жизни у меня не было спортивных достижений, я не мог «похвастаться» отсидками и проведенными боями. Ну и весил килограммов, в среднем, на пятьдесят легче остальных. Встречали меня соответствующе — никак. Вместо аплодисментов в зале «Рубина» послышались перешептывания и смешки.

Я видел, что за нашим столом сидит злой, как черт, тренер, наблюдая за происходящим со скрещенными на груди руками.

Я взял микрофон. Бегунок так и остался стоять, держа руки с блокнотом скрещенными за спиной. Никто не поднял руку — ставить на меня мог только тот, кому вообще не жалко своих денег. И я это прекрасно понимал.

— Регалий у меня нет, я обычный ростовский парень, которого принял с улицы Демид Игоревич, — я пожал плечами, выдав первое, что в голову пришло.