Боец. Лихие 90-е

Тогда, в 1993-м, году у многих наших соотечественников все еще теплилась вот эта советская «наивность» вкупе с желанием помочь ближнему, поэтому на подобные уловки люди клевали, как рыба на блесну.

Я тушеваться не стал, танком пёр сквозь народ, видя то и дело ускользающую спину грабителя. Кричать вдогонку не стал — упущу. Цыгану только это и нужно, чтобы народ волноваться начал, толпиться. Не дождется, хрена с два. Мы вышли в другой ряд, где у рынка начинались склады, туда цыган прошмыгнул, пытаясь запутать след и сбить с толку.

Ни фига не получится, я летел следом, вываливаясь из рыночной толчеи на замусоренный пятачок, вокруг которого стояли запертые в складах, смахивающих на гаражи, шмотки здешних оптовиков — из щелей торчали клетчатые китайские сумки, гряюзнючие и затасканные.

Огляделся — цыгана след простыл. Ушел, что ли…

— Чи-чи, — послышалось из-за спины.

Я обернулся и увидел, как тот самый цыган, которого я преследовал, зашел ко мне из-за спины.

— Тебе че надо? — прошипел он, стискивая золотые зубы. — Валил бы по-хорошему.

В руках он перекидывал тот самый ножичек, которым подрезал сумку-торгашку у продавщицы, благо ещё живот ей не задел, а ведь всякое бывало. Маленькая финтифлюшка, но хорошо заточенная, игнорировать такую зубочистку не стоит. Цыган шел на меня уверенно, но, когда между нами осталось метров пять, остановился, хищно улыбаясь. До меня начало доходить, что я попал в ловушку, как раз по такому поводу обустроенную.

Очень похоже, что именно на склады цыгане заводили тех, кто пытался вмешаться в их делишки. Хотя, положа руку на сердце, не думаю, что находилось много желающих вписаться.

Я даже пожалел, что снял кольцо кладбищенских, может быть, по-другому бы сложился разговор, завидь цыгане мою принадлежность к сильнейшей группировке. Не рискнули бы тогда эти выпендрежники газовать… хотя еще неизвестно, кто держит вещевой рынок — и в каких они отношениях с цыганами, эти самые кладбищенские.

— Бабки отдай, — сухо сказал я, глядя прямо в черные глаза цыгана. — Только падла у людей последнее забирает.

— Кого ты падлой назвал? — это был еще один голос, раздавшийся со стороны складов, более тонкий, но тоже мужской.

Мои догадки насчет ловушки подтвердились. Я обернулся и увидел, как между складами появился еще один цыган. Помоложе, на вид едва двадцать есть, но уже заметно потрепанный тяжелой жизнью.