Боец. Лихие 90-е

Следом вышли еще трое, тоже молодых и крайне агрессивно настроенных искателей приключений…

— Сейчас свой базар гнилой повторишь? — проскрежетал один из них. — Или в жопу язык засунешь?"

"— Тебе че вообще надо? — говорил третий, ножом выкручивая в воздухе пируэты, хотел меня впечатлить, ниндзя хренов.

Я почувствовал, как неприятно засосало под ложечкой — скакнул адреналин. Не от фокусов, конечно, а от сухих фактов — только конченый идиот бы не понял, что расклад сейчас уж точно не в мою пользу.

Цыгане были одеты пестро, как настоящие представители своего народа. И уверенно себя чувствовали, имея превосходство в пять раз. Такой мутный контингент я хорошо знал, цыгане подобного пошиба редко когда способны решать вопросы один на один и глядя противнику в глаза, а вот толпой — всегда пожалуйста. Принцип «кто сильнее, тот и прав» — во всей красе. Правда, не всего цыганского народа этот постулат касается, были среди моих знакомых по прошлой жизни достойные и честные люди представители своего народа, ну а гадов, которые норовят за счет чужого горя нажиться — среди любых наций пруд пруди.

Я хорошо понимал, что эти люди меня не отпустят просто так, попытаются атаковать толпой. Как и легко употребят в дело своё оружие, у таких, как они, нет тормозов. А оружие у них было — мерзавцы один за другим начали доставать из карманов ножи, всерьез намереваясь сделать из меня мясную нарезку.

— Ты падла, — повторил я, глядя в глаза тому, кто интересовался моим душком.

Сам аккуратно попятился, уперся спиной в один из складов, дабы перекрыть цыганам возможность зайти сзади, окружить меня и атаковать неожиданно.

— Деньги честному человеку верните. Не тех вы подчищаете. Нехорошо это.

Разговаривал я больше для того, чтобы внимание цыган рассеять. Здесь, судя по всему, собрался целый табор, который промышлял на вещевом рынке, и на меня газовать вышла его мужская часть. Но какой табор без прекрасной половины? Я уже видел, как появилась та самая цыганка, которой резко сделалось плохо во время грабежа.

С ней были дети — человек шесть мелкотни-попрошаек, их я тоже уже видел, но чуть раньше, когда мы с Лидой только заходили на рынок. Лида еще одному из них мелочь сунула. Вот заразы — …

Цыгане больше не собирались со мной разговаривать. Рожи грабителей перекосило, и они бросились на меня, сразу всей гурьбой, норовя разобраться с дерзким заступником.