Бог Боли

— Ты победила, little purple.

— Я победила?

— Весь я. Мое сердце, тело и душа — твои. Моя обида тоже твоя, и ты можешь делать с ней все, что пожелаешь.

— В том числе, и пережить ее?

— В том числе и это.

Его рука опускается на мое бедро, и он нежно поглаживает его.

— Я проиграл тебе давным-давно. Я люблю тебя, Анника. Я люблю тебя до такой степени, что вижу тьму без тебя и свет, только когда я с тобой. Ты — мое убежище и единственный человек, который делает меня целым.

Слеза скатилась по моей щеке.

Потому что он и есть это для меня.

Он был единственным задолго до того, как я сама это поняла.

Я уже собираюсь поцеловать его, когда горловой звук останавливает меня.

Черт.

Я забыла, что папа и остальные были здесь все это время.

Медленно, я отпускаю Крейтона, но он держит меня за руку, переплетая мои пальцы со своими, когда мы сталкиваемся лицом к лицу с папой.

На этот раз я не пытаюсь убежать или спрятаться, как тогда, когда нас нашел Джереми.

На этот раз я стою рядом с ним и отказываюсь двигаться.

— Ты дерзок, если думаешь, что я позволю тебе забрать мою дочь, — говорит он Крейтону но, по крайней мере, его пистолет спрятан от глаз.

— Я не уйду, — в упор заявляет Крейтон."

"— Охотно, — снабжает папа. — Я могу найти методы, чтобы заставить тебя уйти.

— Папа!

— Мы едем домой, Аннушка, — объявляет он.

— Я бля...

— Ты поедешь с нами, — прерывает его папа.

— П-почему? — заикаюсь я. Пожалуйста, не говорите мне, что он забирает его, чтобы убить, как он обещал.

— Я уверен, что твоя мама хотела бы с ним познакомиться.

— О... О! — повторяю я с ухмылкой.

— Значит ли это, что ты одобряешь наши отношения, папа?

— Нет, — говорит он прямо. — Но я бы предпочел, чтобы этот маленький ублюдок был под наблюдением, чтобы я мог покончить с ним до того, как он попытается сделать что-нибудь смешное.

Он смотрит на Крейтона, который смотрит в ответ. Как будто это какой-то вызов.

Это будет нелегко, но я готова сражаться.

За него.

За нас.

Глава 40

Адриан

Месяц спустя

Мои попытки избавиться от вредителя, отнявшего у меня дочь, зашли в раздражающий тупик.

Я надеялся, что со временем дымка юной любви постепенно рассеется и мы вернем наше солнышко.