Бог Боли

Смесь того и другого жутко призрачна.

Он весь такой.

Мрачный цвет его одежды не скрывает выпуклости мышц под рубашкой и не уменьшает силу его спокойного присутствия. Он — человек, который занимается спортом, его грудь покрыта грудой мышц, живот очерчен, но он не громоздкий.

Он просто достаточно мускулист, чтобы излучать силу, просто стоя на месте.

Он также высокий. Такой высокий, что мне приходится наклонять голову, чтобы охватить его целиком.

Ну, я немного ниже ростом. Но все равно. Обычно мне не приходится так напрягаться, чтобы рассмотреть людей.

Мы смотрим друг на друга с минуту, как два зверя перед тем, как вцепиться друг другу в глотку.

Два отверстия в жуткой маске служат ему глазами, которые темные, но не черные или коричневые, а скорее как темнота океана.

И я цепляюсь за этот цвет, за это нарушение черной ауры. Это также моя токсичная черта — видеть хорошее в людях, не позволять миру ожесточать меня до тех пор, пока я не перестану сопереживать кому-либо.

Это обещание я дала себе, когда поняла, в каком мире я родилась.

Мои конечности продолжают дрожать, ритм совпадает с моим учащенным сердцебиением.

Тем не менее, я заставляю себя говорить супервеселым, супернепринужденным тоном.

— Возможно, ты захочешь уйти, пока стража не нашла тебя...

Слова замирают у меня в горле, когда он приближается ко мне.

Один внушительный шаг за раз.

Итак, помните о том, что его присутствие обладает силой? Я наблюдаю ее действие воочию.

Я ошибалась.

Это не просто сила, это запугивание в чистом виде.

Океан, который стонет и ревет, чтобы выпустить свою дикость.

Я даже не замечаю, что отступила назад, пока он снова не начинает наступать. На этот раз я стою на своем и смотрю на него сверху.

— Как я уже говорила, тебе, наверное, стоит уйти...

Его грудь почти сталкивается с моей, когда он стремительно сокращает расстояние между нами. Тепло смешивается с чем-то пряным и запахом копоти. Он был возле костра или что-то в этом роде?

Он снова делает шаг вперед, и я автоматически отступаю назад.

— Серьезно, ты знаешь, чей это дом? — мой голос больше не веселый и давно уже не соответствует дрожанию моих конечностей. — У тебя есть желание умереть...

Я не готова к тому, что происходит дальше.

В мгновение ока он зажимает мне рот рукой в перчатке и отталкивает меня назад.

Мой позвоночник ударяется о стену, и я вскрикиваю, но звук приглушенный.