Прилив энергии, полученной ранее, проникает в мои кости, и я дрыгаю ногами, пытаясь пнуть его, дотянуться до любой его части, но с таким же успехом я могу удариться о стену.
Он хватает меня за запястья и захлопывает их за спиной, отстраняясь от меня. Или, скорее, его колени опускаются по обе стороны от меня, и он опускается на мою задницу."
"— Поймал тебя.— Его голос, хрипловатый и низкий, звучит пугающе.
Я пытаюсь извиваться, освободиться, но это невозможно. Он держит меня с абсолютной легкостью, в то время как я напрягаюсь, задыхаюсь и полностью на пределе сил.
Он прижимает мои запястья локтем и хватает за пояс джинсов, а затем длинный режущий звук заполняет мои уши, прежде чем холодный воздух образует мурашки на моей коже.
Нож.
Он разрезал ножом мои джинсы и нижнее белье.
Во мне вспыхивает чужеродное чувство.
Мысль о том, что острое лезвие может поцарапать мою кожу, не дает мне покоя, пока он разрезает мою толстовку и лифчик сзади, как будто режет масло.
Холодный нож касается моей спины, и я вздрагиваю.
Одежда падает с меня клочьями, я полностью открыта для него, его бездушных прикосновений и его безжалостного ножа.
Если я ничего не сделаю, он может действовать в соответствии с теми убийственными мыслями, которые зародились в его хладнокровном мозгу.
Необходимость бороться и бежать пульсирует во мне, и я использую его ослабленную хватку на моих запястьях, чтобы сделать это.
Он отпускает меня, но в тот момент, когда я отползаю, что-то разрывает мой череп.
Крепкий кулак хватает меня за волосы и притягивает обратно к твердому дереву.
Я кричу, и мой крик усиливается в нависшей тишине.
И все же я не прекращаю бороться, машу руками, разбрасывая оставшиеся куски джинсов и толстовки.
Я никогда раньше не испытывала такую безумную тягу к выживанию. Я не хочу убегать, и уже согласилась стать его добычей, убегая вместо того, чтобы уйти, поэтому я не уверена, зачем это делаю.
Может быть, чтобы выманить зверя внутри него, завлечь его и превратить в безумное существо.
Джереми без труда толкает меня на спину, держа за волосы.
Дыхание выбивается из моих легких, когда я сталкиваюсь с твердым полом.
Но это происходит не только от удара.
Я замираю от нависшей надо мной тени, грудь вздымается и опадает с пугающим спокойствием. Я могу различить выпуклость его мышц на фоне черной рубашки, рябь его татуировок и темноту его глаз за маской.
В его левой руке также нож.
— Ты выглядишь такой невинной, но твоя голова — испорченное место, lisichka.
