Территория по-прежнему почти не ухожена, повсюду дикие кусты и нежелательная трава. Ночь делает его еще более зловещим, тревожным и дает большую вероятность превращения в место охоты.
Я паркую мотоцикл перед старым коттеджем и глушу двигатель.
Сесилия отпускает меня рывком, словно только что осознав, что обнимала меня, но не спрыгивает с мотоцикла, когда я это делаю.
Я снимаю шлем, вешаю его на муфту и поднимаю бровь.
— Ты собираешься остаться там на всю ночь? — она снимает свой шлем, позволяя своим волосам, как у ведьмы, развеваться на ветру, колоть глаза и создавать беспорядок на лице.
— Если понадобится.
— Ты замерзнешь. Сегодня холодно.
— Я лучше замерзну до смерти, чем пойду за тобой.
— Не будь смешной и прекрати драматизировать. Это тебе не идет.
— Так теперь ты знаешь, что мне идет, а что нет?
— По-большей части.
— И что это значит?
— Ты собираешься спуститься?
— Нет.
Мы смотрим друг на друга в течение секунды.
Две.
Три.
Я шагаю к ней, и она вскрикивает, когда я поднимаю ее легкое тело и без усилий перекидываю через плечо.
Блядь, это будет долгая ночь.
И я буду наслаждаться каждой секундой.
Глава 19
Сесилия
Какого черта?
В начале я ошеломленно молчу, полностью застигнутая врасплох внезапной сменой событий. Вскоре после этого все взорвалось."
"Моя талия легко прогибается на твердом плече Джереми, а он удерживает меня на месте, лишь обхватив мои ноги.
Кровь приливает к моей голове, как из-за положения, так и из-за того, как он меня держит.
Я сжимаю руки в кулаки и бьюсь об его спину.
— Отпусти меня!
Чем сильнее я бью, тем дальше он уходит в коттедж, как будто я бьюсь о стену, а не о его тело.
— Джереми! — кричу я его имя, надеясь, что кто-нибудь услышит и спасет меня из его варварских лап.
Никто не слышит.
Никто не спасет.
Вместо того чтобы отвезти меня в особняк Язычников или в общественное место, он стратегически выбрал этот уединенный готический коттедж, где никто не сможет ему помешать.
Как и две недели назад, здесь только я, он и жуткие ночные животные.
Однако, в отличие от того времени, я пришла не по своей воле. Он заставил меня и угрожал разоблачить перед всеми, кто мне дорог.
Он выкрутил мне руки и переступил черту, которую никогда не следует переступать.
В тот момент, когда я начинаю забывать о его чудовищной природе, его дьявол высовывает голову, готовый уничтожить все нормальные мысли, которые у меня были о нем.
Джереми нажимает на выключатель, входя в гостиную коттеджа.
