Бог располагает!

Сегодня я обедаю с людьми, которые воображают, будто руководят происходящим, а на самом деле, уж поверь моему слову, плетутся у него в хвосте.

— Не разговаривай со мной больше об этом, — прервал его Юлиус.

— Тебя это совсем не интересует? — спросил Самуил.

— Нет: к политике я равнодушен. И потом, у меня сохранились связи при прусском дворе. Я по временам туда пишу.

Самуил устремил на Юлиуса проницательный взгляд.

С легким смущением Юлиус продолжал:

— Эхо того, что ты мне скажешь, могло бы помимо моей воли отозваться в этих письмах, а эффект, произведенный ими в Берлине, отразиться затем и на парижских делах.

— Хорошо, — откликнулся Самуил. — Однако прощай, уже четыре.

— Ты не будешь проезжать здесь на обратном пути? — спросил Юлиус.

— Не думаю. Мне придется там задержаться до глубокой ночи, и оттуда я уж поспешу прямо в Менильмонтан — спать.

— До завтра, — сказал Самуил.

И он ушел, оставив Юлиуса во власти одиночества и растерянности.

Со времени отъезда Самуила прошло минут сорок пять, когда доверенный человек Юлиуса возвратился из Ангена, гоня коней во весь опор.

Услышав шум экипажа, въезжающего во двор, Юлиус бросился к окну.

Даниель вышел из кареты один.

Юлиус побежал к лестнице.

— Ну, что там? — крикнул он.

Физиономия Даниеля выражала полнейшее замешательство.

— Да что такое, Даниель? — спросил Юлиус. — Вы видели Фредерику?

— Госпожи графини в Ангене больше нет, — отвечал Даниель.

— Нет в Ангене? С каких пор?

— С сегодняшнего утра.

— Уехала сегодня утром?! А здесь ее все еще нет?! — закричал Юлиус.

И он потащил Даниеля в свою комнату.

— Живо! Говорите все, что знаете.

— Госпожа графиня, — продолжал Даниель, — покинула Анген сегодня рано утром вместе с госпожой Трихтер.

— Она собиралась ехать сюда?

— Нет, господин граф, потому как за ней приехала почтовая карета. Они всю ночь провели, укладывая свои вещи. Уехали вдвоем, не оставив слугам никаких распоряжений, а те думали, что все это происходит с ведома вашего превосходительства.

Юлиус не находил слов. Ему тут же пришла в голову ужасная мысль: Фредерика бежала с Лотарио.

Так вот почему Лотарио собирался в Гавр! В эту самую минуту они, возможно, уже садятся на корабль, отправляясь за океан, чтобы там подождать кончины этого докучного мужа, так упрямо цепляющегося за жизнь, и урвать кусочек счастья, слишком медлившего к ним прийти.