Бог располагает!

Сделав еще несколько шагов вперед, она оказалась окружена дюжиной мужских фигур, которые смутно различала в полутьме, при свете факела, горящего где-то в отдалении.

Ей показалось, что она видит и лезвия кинжалов, посверкивающие в темноте.

— Во имя ваших жен и дочерей, — воскликнула она, бросаясь на колени, — кто бы вы ни были, сжальтесь над двумя бедными созданиями, которые потеряют мужа и отца, если вы не придете им на помощь!

Кинжалы уже были занесены.

Но один из этих мужчин все-таки сказал:

— Нас здесь двенадцать против одной женщины. Позволим ей объясниться.

— Благодарю! — вскричала бедняжка. — Вы сейчас все поймете. Происходит вот что. В эту самую минуту граф фон Эбербах где-то здесь собирается покончить с собой. Так вот, перед вами графиня фон Эбербах, которая знает об этом и ищет своего мужа, чтобы остановить его руку. Вы это понимаете, господа, не правда ли? Вы не станете мешать жене спасти жизнь своему мужу? Наоборот, вы скорее поможете.

Где он? Вы должны знать, коль скоро вы здесь. Умоляю вас, проведите меня к нему.

— Мы не знаем графа фон Эбербаха, сударыня, — отвечал тот, кто только что удержал остальных и, по-видимому, был их предводителем.

— Но вы же находитесь в его доме. Вы не могли бы оказаться здесь без его согласия.

— Послушайте, сударыня, — сказал предводитель.

 — Мы все молоды, и у нас нет привычки лгать. Причину, по которой мы оказались здесь, нам открывать запрещено, и честь велит нам убить каждого, кто может похитить наш секрет. Приказов не обсуждают. Нам велено пристрелить любого, кто попробует пройти сюда без пароля.

— О! Но ведь это граф фон Эбербах дал вам такой приказ, не правда ли?

— Он или другой, сударыня, какая разница?

— Да, да, это он.

А знаете, почему он велел сюда никого не пропускать? Это чтобы никто не смог помешать его самоубийству. Смотрите, у меня при себе письмо, где он мне об этом пишет. Можете прочесть его. Пусть нам принесут лампу. Вот это письмо, возьмите. Прочитайте, прошу вас.

— Зачем? — отвечал ее собеседник. — Нам не положено вникать в причины приказов, которые мы получаем: наше дело только повиноваться.