— Сдерживаешь от чего? — я снова трусь об него вверх-вниз, на этот раз раздвигая ноги и потираясь внутренней стороной бедра о его эрекцию.
Его лицо напрягается, маска трескается по краям и показывает намек на мужчину, до которого я хочу добраться.
— Ты не хочешь этого знать.
— О, определенно хочу. Нет ничего, что я хотела бы знать больше, чем то, что происходит в твоей голове. Давай, удиви меня.
— А что я получу взамен?
Я сладко улыбаюсь.
— Мое подчинение?
Его потемневший взгляд опускается на мои припухшие губы, и все попытки сарказма проваливаются.
От его порочного, безраздельного внимания мне становится еще жарче, и я невольно начинаю извиваться.
Будь проклят он и его разрушительные глаза.
Они могут выиграть войну без всяких сражений и армии.
Он снова собирается меня поцеловать. Я чувствую и ощущаю это в облаке желания, гудящем вокруг нас.
Мои глаза закрываются, готовясь к диким притязаниям, но Илай одним плавным движением отпускает меня и отталкивает от себя.
Протест, который вот-вот должен был вырваться из меня, превращается в вопль, когда он проводит рукой по моей талии и переворачивает меня на живот, словно куклу.
Я шлепаю руками по полу, чтобы сохранить равновесие, а мои волосы спадают по обе стороны от лица.
— Хочешь знать, от чего я себя сдерживаю? — тяжелое тело Илая накрывает меня со спины.
Я дрожу под его теплым и до смешного мускулистым телом. У него определенно большой член для мужчины, который выглядит худощавым, и, хотя мне трудно дышать, я не осмеливаюсь ему перечить.
Я слышу шорох одежды, когда он убирает мои волосы за ухо, и ощущение его большой руки вызывает резкие покалывания в моей разгоряченной плоти.
Его губы смыкаются вокруг мочки моего уха, а затем он впивается зубами в мягкую кожу. Я зажимаю рот, чтобы сдержать хныканье, но оно вырывается в виде приглушенного стона.
— Тебе не следовало играть с моим огнем, миссис Кинг, потому что ты не переживешь того, что я хочу с тобой сделать.
Полоска ткани касается моих рук, когда он хватает их и кладет передо мной на ковер.
Хотя он угрожающе накрывает меня всем телом, он сдерживается, иначе уже раздавил бы меня. Смерть, которую, как ни странно, я бы ни в малейшей степени не сочла отвратительной.
Я завороженно наблюдаю, как он обматывает галстук вокруг моих запястий, завязывая его в узел, который я не смогла бы развязать, даже если бы захотела.
Глубокое волнение вспыхивает во мне пурпурными красками при мысли о том, что Илай меня связал.
