Богатые тоже плачут. Книга 1

И знаешь почему?

– Знаю, – ответил Луис Альберто. – Из-за моего образа жизни.

– Вот именно, – подтвердил священник. – Так не пора ли взяться за ум? Стать настоящей опорой семьи?

– Но как это сделать, если все усилия разбиваются о глухую стену? А любимая тем временем выходит замуж. Я связан по рукам и ногам ненавистной женщиной, беременной от другого? Главное – никто не верит!

Луис Альберто говорил так искренне, что трудно было усомниться в правдивости его слов.

– Ты не все знаешь, сынок. Эстер ушла из дома, положив в чемодан не только вещи; твоя мать считает, что она взяла и деньги, – произнес падре, сокрушенно покачав головой.

– Ушла?!.. – воскликнул Луис Альберто. – Допустим, но как могла она взять деньги из сейфа?

– Третьего дня Эстер зашла в библиотеку, когда я открывала сейф, может быть, она увидела, где хранится шифр?

– Почему же ты не сказала об этом отцу? Не позвонила в полицию? – недоумевал Луис Альберто. – Ведь знала, что отец подозревает меня!

– Боялась его волновать, – объяснила донья Елена.

Мария принесла кофе и сказала, что звонил Гомес, спрашивал Эстер.

– Опять этот Гомес! Почему Эстер выбрала именно его? Разве мало других врачей? Надо непременно поговорить с этим проходимцем. – Луис Альберто был вне себя от возмущения.

В это время появилась Марианна и сказала, что дон Альберто просит зайти донью Елену, а также хочет поговорить с Луисом Альберто.

Дон Альберто полулежал в постели и хотя чувствовал себя немного лучше, лицо было осунувшимся и бледным.

Под глазами легли тени. К физическим страданиям прибавились и душевные. Разве можно смириться с мыслью, что единственный сын оказался вором и ограбил собственного отца? Надо было самому воспитывать сына, а он доверил эту нелегкую задачу жене. Как и каждая мать, донья Елена души не чаяла в своем чаде и баловала сверх всякой меры. А баловство, как известно, до добра не доводит. Вот и вырос сын повесой и шалопаем.

Как раз в это время дверь открылась, и на пороге появился Луис Альберто в сопровождении доньи Елены и Марианны.

– Как чувствуешь себя, папа? – спросил Луис Альберто.

– А как я могу себя чувствовать после того, что ты натворил? – с горечью произнес дон Альберто.

– Ты несправедлив, папа, и напрасно меня обвиняешь. Дон Альберто разволновался, и снова заболело сердце.

До чего же бессовестный, наглый у него сын. Жизнь так и не научила его. Все его слова и клятвы – ложь.