Богатые тоже плачут. Книга 1

Донья Елена поспешила увести Луиса Альберто из комнаты, а Марианна, задержавшись, попыталась хоть как-то оправдать его. Она твердо верила, что до воровства Луис Альберто не мог опуститься. И, когда донья Елена и Луис Альберто вышли из комнаты, сказала об этом дону Альберто."

"– Ах, дочка, – вздохнул дон Альберто. – Ты любишь Луиса Альберто, вот и защищаешь его. Ты очень доверчива и плохо знаешь людей. Но мне хочется, чтобы ты наконец поняла, на что способен мой сын. Мать тоже его защищает. Но вы, женщины, обычно доверяете сердцу, а не рассудку.

Марианна хотела возразить, но в это время в дверь постучали и появился Леонардо.

– Рад видеть вас, архитектор, – улыбнулся дон Альберто, приподнявшись с подушек. – Садитесь поближе и поговорим. Скоро ваша свадьба с Марианной. Это прекрасно!

– Свадьбу сыграем, когда вы совсем поправитесь, – сказал Леонардо. – Ведь вы будете у нас посаженым отцом. Но судя по вашему виду надолго откладывать не придется. Вы выглядите прекрасно.

«На редкость положительный молодой человек, – думал дон Альберто, слушая Леонардо, – они с Марианной прекрасная пара.

Оба молодые, красивые. Но ведь Марианна не любит его, относится просто по-дружески». И где-то в глубине души дон Альберто был рад, что свадьба откладывается. На что он надеялся? Что могло помешать замужеству Марианны? Этого дон Альберто не знал, но внутренний голос ему подсказывал, что лучше не спешить с бракосочетанием.

Пока шел этот разговор, вернулась домой Рамона и застала в гостиной падре.

Глядя на печальное лицо Рамоны, падре Адриан предложил ей побеседовать, облегчить душу; вдруг ему, священнику, кормилица откроет тайну бегства Эстер. Но Рамона только плакала и твердила:

– Клянусь вам, падре, я ничего не знаю. Эстер не сказала, куда идет. Но была в ужасном состоянии. И Рамона стала рассказывать падре, как тяжело жилось Эстер в этом доме. – Вы и представить себе не можете, – плача говорила Рамона, – что ей пришлось здесь пережить.

– Я понимаю, какое это для вас горе, – сочувственно произнес священник, – но как-то не верится, что Эстер вам не сказала, куда уходит.

Ведь она вам как дочь.

Рамона разрыдалась. Она вспомнила, что творилось с Эстер, когда узнала, что Рамона ее родная мать. Рамона с болью вспомнила реакцию Эстер на признание. И сейчас слова падре снова заставили ее испытать пережитое унижение.

– Клянусь, падре, я ничего не знаю. И не мучайте меня расспросами! – умоляла она. – Эстер не пожелала взять меня с собой.