Боги среди нас

Зато на Данилу ее зелье подействовало благополучно. Он распахнул глаза. Даже тот, что был изуродован.

— Как ты друже? — спросил я обеспокоенно.

— Еще не сдох, — хрипло сказал он и попытался улыбнуться.

— Тащи его в машину, — распорядился торгаш, не отрывая глаз от телефона. — Отвезете его к моему доктору.

— Лекарю?

— А? — он посмотрел на меня с подозрением. — Ну да, лекарю, — Исаак отвернулся и буркнул — понаехали деревня немытая.

— Мы спасли тебя, — напомнила ему Катя, все еще пребывая в своём странном состоянии.

— Я всегда плачу по счетам, девочка, — холодно отчеканил он и посмотрел на меня. — Хотя, как я понял, этот Змей, интересовался не мной. А нашим гостем, как тебя там зовут?

— Ты считаешь меня Посадоном, — ответил я ему таким же тоном.

— Посейдоном, — поправила Катя и не к месту хихикнула.

— Чудное имя. Он из Сербии?

— Вроде того, — ответила за меня девушка и многозначительно поджала губы, когда я хотел возразить.

Данилу я поднял на ноги и закинул на плечо.

— Я сам…

— Не дергайся, — властно приказал я. — Ты пытался меня защитить. Это глупо, но очень благородно.

Шагая по коридору, я старался не смотреть на богомерзкую статую в нише напротив лестницы. Исаак зачем-то шёл следом. Чуть позднее я понял, что он давал инструкции по связи, с помощью телефона. — Катенька, скажешь доктору, что от меня. Он уже предупрежден и не попросит оплаты.

— Ваши целители просят денег? И не боятся кары? — возмутился я совершенно искренне, уже подходя к повозке.

— Они боятся налоговой, — саркастично произнесла Катя и открыла дверь. — Усади его. Только осторожно.

— Не учи, — огрызнулся я, но действительно устроил парня очень аккуратно.

Данила странно кривил губы, словно пытался улыбнуться.

— Он будто в трансе, — задумчиво сказал я.

— Если бы не раны, то ему было бы очень хорошо, — нервно отозвалась девушка и села за руль.

— Ты принимаешь зелье, потому что болеешь? — я сел на переднее кресло рядом с ней.

— Скорее болею оттого, что принимаю, — она вскинула голову и со злостью уставилась на меня. — Что? Осуждаешь?

— Не мне судить того, кто страдает, — я нахмурился, наконец поняв, что за свечение вижу вокруг Кати. — Ты зависима от этого порошка, верно? Как те, кто чрезмерно увлечён медовухой или ячменным пивом?

— Не то сравнение, но…

Машина тронулись с места. С заднего сиденья раздался стон и вялый голос:

— Она наркоманка.

— Живой еще? — язвительно уточнила Катя.