Богиня в спортивном костюме

- Лев, я думаю пришло время нам объясниться, ты так не считаешь.

- Я почти приехал, не могу объясняться в любви по телефону. Это, как то не правилно, мне так кажется,- спокойно сказал мужчина, - Леся, я буду бквально через час. Никого не подпускай к себе, кроме родственников, ты слышишь меня?

- Лев, прости, мне некогда. Пришла медсестра ставить мне укол,- я уставилась на женщину, лица которой не могла разглядеть через медицинскую маску, но она показалась мне смутно знакомой, по фигуре, каким то порывистым движениям.

- Не разрешай ей к себе прикасаться,- голос Льва вывел меня из ступора. Игла с первого раза вошла в вену. Я дернулась, пытаясь выдернуть ее, но почувствовала такую слабость, что не смогла даже приподнять руку. Лев, что – то кричал, но я не слышала уже, качаясь на волнах беспамятства, и пытаясь сопротивляться действию введенного мне препарата. Только вот выходило у меня отвратительно.

- Что вы тут делаете?- голос Миры разорвал мой полубред – кто вы? А ну вынула быстро иголку.

Боже, мамуля в своем репертуаре. Но сейчас я была ей безумно рада. Она дала мне возможность форы. Руки, словно свинцом налились. Мне повезло неимоверно, пришелица не успела даже все лекарство ввести. Я выдернула шприц из себя, удивляясь, кому нужно было творить со мной такое. Я же ничего плохого никому не делала. Сначала Ромка пытался именя убить. Я точно знала – это был он. Ключи от моей букашки, так и остались у него. Теперь эта женщина, кто она. Я с трудом поднялась с кровати.

И уставилась на маму, оседлавшую незнакомку, и колотящую ее кулаками, как заправский боксер. Она делала это молча, от того было еще страшнее и интереснее, откровенно говоря.

- Что смотришь? – пропыхтела мать, проскакав мима меня на своей жертве, пытающейся сбросить с себя ее тщедушное тело,- подмогу зови. Выползи наконец в коридор, и заори помогите.

Я было метнулась в сторону двери, но замерла на месте, наконец рассмотрев, кто пришел по мою душу. Маска с красотки слетела в процессе борьбы

- Тебе то я что сделала? – справившись с первым шоком, спросила я, уставившись на женщину, которая наконец справилась с мамусей, и сбросила ее с себя.

Женщина сдула упавшую на глаз прядь, и с ненавистью посмотрела в мою сторону, некультурно пнув мою родительницу по ножке, обутой в туфли на таком каблуке, что у меня даже от одного взгляда на них закружилась голова. Зря она, в руках моей мамули каблук оружие похлеще кинжала.