Богиня в спортивном костюме

А нужна ты будешь Лесенька своему толстопузому красавцу в таком случае? Сильно сомневаюсь. Хотя, Лев тоже приговорен. Он, как и ты не умеет выбирать друзей. Олеся, все что он нажил достанется его единственному, но пока еще нерожденному наследнику. Ребенку Алисы. А денежки уже у меня на счету. Как только разберусь с тобой. сразу получу и свалю втеплые края. Так что ты больше никому не интересна.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Даша, зачем? – я как будто провалилась в какое – то зазеркалье.

- Извини, подруга, мне пора, - хмыкнула моя Дарья, и метнулась к двери. Мира опередила ее всего на минуту. Закрыла собой проем, пытаясь задержать ее, но вдруг всхлипнула, и осела на пол. Я уставилась на алое пятно, расплывающееся на маминой груди, и бросилась к ней, упала на колени, забыв о лютой своей подружки, и взвыла, сдирая до боли горло. Прижала к себе женщину, которой думала, что не нужна. И замерла, слушая торопливые шаги убегающей Дарьи.

- Ты меня сейчас задушишь,- прохрипела Мира,- и чего рассопливилась. Курву эту упустили. Иди давай за врачом, тоже мне плакальщица орлеанская. Ничего со мной страшного. А ты беги за врачом.

- Да – да, конечно. Сейчас приведу,-лихорадочно зашептала я, - ты только не умирай.

- Дура, да? И не собиралась даже,- прокряхтела мама, поднимаясь на ноги.- Бегом к врачу, будем спасать моего внука. А то меня Люська предаст анафеме, что не уследила.

- Маа, у тебя кровь,- простонала я, не сводя глаз с бока родительницы.

- Это томатный сок, я его тебе принесла, а эта овца меня когда ударила, пакет видно лопнул, - поморщилась Мира,- сука, испортила мне жилетку, а она бабок стоит бешенных. Давай, не стой как корова. Пошли быстрее к доктору, пока по твою душу еще кто нибудь не явился. Я так поняла, ты теперь очень мешаешь всем заграбастать денежки твоего любовничка, судя по словесному поносу твоей подружки.

Я замерла на месте, и вдруг согнулась от разрывающей внутренности боли Низ живота скрутила болезненная судорога, мешающая мыслить, соображать.

- Мама, Лев. Дашка сказала, что он приговорен,- успела прохрипеть я,- не дай мне потерять еще и его.

Я больше не понимала где я, кто.