— Ничего подобного, — агрессивно и резко ответила я, — если хочешь, может присесть, так же как все… Поговорим…
— Обойдусь как-нибудь, — скривился мужчина и тут же перешел на оскорбительно ласковый и интимный тон, — я пришел сказать, дорогая Любовь, что обдумал твое предложение, высказанное мне в прошлую нашу встречу, — Саймон и Дэвид изумленно уставились на меня. Выглядело достаточно двусмысленно, как будто у нас с Грантом были… скажем, отношения…
— Я согласен обсудить твой план, милая, — продолжал Бог Войны… — не здесь, — оборвал он меня, видя, что я что-то собираюсь сказать, — жду тебя у себя в замке… — не бойся, не съем, — добавил он почти страстно и исчез.
После его ухода я несколько секунд сидела, неподвижно уставившись в одну точку. Его хрипловатый голос заставил меня всего за минуту разговора почувствовать жаркий огонь и леденящий холод, волнение и страх. Только чего из этого было больше? Почему я так реагирую на него? Боюсь? Или что-то другое?.. Я ощущала, что Дэвид и Саймон удивленно, едва сдерживая интерес, рассматривают меня.
Они молчали, и я не собиралась ничего говорить.
— Ну что? Поиграем в карты или развлечемся, слетая в Лас-Вегас? — деланно веселым тоном спросила я.
— Лучше на Землю, — ответил Дэвид, — я знаю одно местечко — в Москве недавно открыли новое заведеньице… Вам понравится.
Хранители целый день развлекали меня разговорами и ставками, но Любви делать в новом клубе было нечего, там правили совершенно другие эмоции и чувства. Это была парафия Дэвида и Саймона.
Азарт, обман, любопытство, увлечение игрой. Деньги, сила, власть, охота. Я с улыбкой смотрела на горящие глаза мужчин, которые выбрали себе по объекту и теперь спорили, кто выиграет, а слова, недавно сказанные мне Грантом, не шли из головы. Я думала об этом весь вечер. Значит ли это, что Война согласен заключить перемирие? Согласен прекратить кровопролитие?
— Я домой, — крикнула Хранителям, — вы и без Любви здесь прекрасно справляетесь.
Мужчины кивнули, и я переместилась в свой замок.
* * *Я уже час ходила из угла в угол, никак не решаясь навестить Гранта. «Неужели я такая трусиха?» — корила я себя. «Возьми себя в руки, ну что он тебе сделает?». Но как только представляла его высокую хищную фигуру, сердце колотилось от страха и решительность испарялась, как первый снег. Наконец, взяв себя в руки, я пожелала оказаться в его замке.
Казалось не прошло и секунды, как Грант сидел рядом в кресле напротив меня. Мы некоторое время молчали.
