Мы вышли на улицу и двинулись через жилой район. Софья шла сутулясь, чем портила свою точёную фигуру. Ещё и руки запихала в карманы джинс.
Оказались на улице, по которой носились туда-сюда машины и шастали люди, одетые кто во что. Софью тут знали: она здоровалась с многими, кто стоял около небольших ларьков. В основном парни. Курили и пили пиво. Не понимаю, почему не дойти до ближайшей лавки… Зачем сидеть на корточках, будто курицы, и клевать свои семечки?..
Пару раз в таких компаниях видел девушек. И тряпки на них — а по другому назвать я это не могу — буквально кричали о сексуальной доступности хозяек.
Нда-а-а… И зачем в таком возрасте?..
Капался в памяти Тимофея и ничего подобного не находил в поведении знакомых ему дам. Одевались они, конечно, по-разному — в зависимости от места и цели, а эти будто всё, что нашли, напялили.
Мы остановились у магазина с названием «Прокат фильмов».
— Жди здесь! — не оборачиваясь, буркнула сестра.
— Хорошо.
Так, пожалуй, будет лучше. А то много смущающих вопросов посыплется на девушку.
А когда узнают, что аристократ, то… Со временем, если сама захочет, расскажет, кому посчитает нужным.
Из магазина послышался благой мат, а потом крики. Двинулся к двери, и тут выскочила сестра, снеся меня. Упал и башкой ударился о бордюр. Больно вообще-то!
Повернул голову. Софья, держа что-то в руках, стремительно удирала сверкая пятками. Вот так, значит? Решила меня бросить?! Я же знаю адрес… Глупо.
Меня подняли двое молодых людей: один рыженький и толстяк.
Оба выглядели, как малолетние бандиты. Снова посмотрел вслед убегающей сестре.
— Вот же сука! Её нужно наказать! — выругался один из них.
— Попрошу не выражаться так про мою сестру! — сорвалось у меня с губ. Глупо, но просто не смог сдержаться.
И тут мне в лицо ударил большой. Голова закружилась, а в ушах зазвенело. Почувствовал, как моё тело подхватили.
— Зачем?
— Так он сказал, что Софа сеструха его. Ну я и подумал, что схватим его, а потом она за ним того. Ну ты понял, — ответил второй.
— Придурок!.. Ладно, потащили его. Отключился.
Когда пришел в себя, дёрнулся и вмазал кому-то в морду, за что получил по голове ногой. Отрубился ненадолго. Начав приходить в себя, услышал голоса.
— Он чё? В отрубе? — сказал тот, большой. Теперь я разобрал, кому принадлежали голоса.
— Сучоныш… Решил, что легко отделается?! А ну дай-ка, — ответил ему рыженький, и я ощутил боль в руках.
Спасибо тебе, Софья… Отомстила за то, что я попросил вести себя прилично.
