Боярич

Начать с того, что, несмотря на лето, здесь было полным-полно учащихся… форма которых ничуть не походила на школьную, зато, несмотря на свой вполне цивильный вид, вызывала стойкую ассоциацию с военными. Или это выправка учеников в сочетании с единообразием в одежде произвела на меня такое впечатление? Не знаю, но, оказавшись в здании и немного оглядевшись по сторонам, я уверился в своих подозрениях. Атмосферу военного учебного заведения нельзя перепутать ни с чем. А здесь «родная стихия» так и перла изо всех щелей.

Впрочем, странно было бы ожидать иного от государственной боевой школы. Здесь не место бояричам и боярышням. Отсюда одаренные простолюдины начинают свой путь в доблестную русскую армию и флот: воздушный, надводный или подводный – сие уже не так важно. Беспокоит меня только одно. Ни на одной табличке, ни на одном плакате, да что там, даже в местной альтернативе всемирной сети я не нашел никакой информации о специализации этого учебного заведения. Наводит на размышления…

Правда, долго раздумывать над особенностями школы, в которой предстояло пройти экзамен, мне не дали.

Гдовицкой доставил меня на второй этаж и, взяв обещание никуда не исчезать, скрылся за массивными двойными дверьми с «говорящей» табличкой: «Учебная часть». А уже через четверть часа мы, то есть я, Владимир Александрович и трое хмурых разновозрастных дядек, уже были в гимнастическом зале школы, сейчас пустом и темном. Но вот щелкнул выключатель – и высоко над нами начали один за другим разгораться забранные металлической сеткой плафоны, освещая огромное помещение, окна которого оказались закрыты стальными жалюзи. Ничего так… бункер.

Экзамен начался без предисловий. Просто один из приглашенных, указав на центр зала, вдруг, не дожидаясь, пока я доберусь до указанной точки, попытался ударить меня эфирной волной вроде той, что недавно так удачно свалила Алексея. Однако, в отличие от «моей» волны, эта была пустой. То есть совершенно не наполненной эмоциями.

Непривычно. Голая сила и контроль…

Решив отвечать точно в меру, чтобы, не дай бог, не переборщить, я пустил навстречу атаке свою волну и, тут же закрывшись от докатившегося до меня рассеянного удара, напряг чутье.

Экзаменаторы, стоявшие чуть в стороне от атаковавшего меня мастера, накрылись куполом от подслушивания и о чем-то тихо говорили между собой. Чуть мутноватый блеск щита не давал прочесть по губам, о чем именно они ведут речь.