Боярская честь

Одевалась она по чину и моде, носила на поясе связку ключей — непременный знак хозяйки дома.

И как часто это бывает, гром грянул среди ясного неба. Утром ко мне в ворота постучал гонец. Я его уже знал в лицо — посыльный от поместного воеводы.

— Боярин Плещеев приказал прибыть срочно!

Я оседлал коня и помчался к воеводе, заставляя испуганных прохожих уступать дорогу.

Меня уже ждали и сразу проводили в зал. Первое, что бросилось в глаза — на скамьях сидели незнакомые люди, судя по одежде и чванливому виду — из Москвы.

Я слегка поклонился собравшимся. Плещеев предложил сесть.

— Времени нет, потому сразу о деле. Гости у меня высокие, — Плещеев показал рукой на солидного бородатого боярина в длинной московской шубе, несмотря на лето. Из-под шапки его обильно катился пот. — Боярин Фёдор Кучецкой, стряпчий государев!

Плещеев указал на другого вельможу:

— Боярин Михайло Воронцов!

Московский гость важно кивнул. Был он худ, носаст. Длинные холёные руки высовывались из рукавов лёгкой ферязи с дорогими пуговицами из жемчуга.

По отвороту ферязи шло золотое шитьё.

«Никак — придворный боярин-то, не из простых, — мелькнуло в голове. — И чего им от меня, рядового, незнатного вологодского боярина понадобилось? Похоже, вызов этот не к добру».

— Знакомству рад, чем могу быть полезен? — решил я покончить с неизвестностью.

— Беда у нас. Люди государевы в Вологду по делам прибыли — по государеву указу.

— Подожди, — прервал воеводу государев стряпчий, и Плещеев замолк.

 — Тебе, возможно, известно, что в Вологде часть государевой казны хранится? Так вот, — продолжил Кучецкой, — прибыли мы вчера вечером, сразу остановились у знакомца моего старого, боярина Ивана Андреева.

Я попытался припомнить его, но не смог.

— Устали с дороги, немного выпили, поели. Утром в хранилище идти надо, хватились — а боярин мёртв…

— Умер? — спросил я.

— Хуже — убили! Мы всполошились, думали — и ценности исчезли, что мы с собой в казну везли. Ан — нет, ценности в соседней комнате хранились, и при них в охране — два стрельца.

Ценности целы, охранники ничего подозрительного не слышали.

Я уже стал догадываться, зачем меня вызвали.

— Теперь понимаешь, боярин, какое пятно на нас ложится? В гости заехали, а утром убит хозяин. На кого подозрение падёт?

— Понимаю, только при чём здесь я?

— А-а-а! Воевода поместный, боярин Плещеев, сразу же сказал, что есть-де в боярстве местном человек, в сыске разумеющий.