Я же обещаю приложить все усилия о ловле навозных снарядов. Сразу бы так, но нет, всегда и везде пробиваюсь с боем. Пускай даже это словесные баталии, но без конфликтов даже шагу ступить не дают.
В итоге мы со Светой уходим с копией приказа в руках. Когда КПП остается позади, блондинка задается вопросом:
— Даня, а где ты научился так ловко шантажировать людей?
— Свет, скажешь тоже, шантажировать, — усмехаюсь. — Это деловые переговоры. Да просто заложен во мне этот навык, да и всё.
— Уж что-то много всего в тебе заложено, Даня, — Света пристально смотрит в мои глаза.
— А иногда мне кажется, что ты вообще старый опытный дед, даже старше твоего Фирсова.
— Как любопытно, — удивляюсь. — У меня по поводу тебя возникают точно такие же ощущения, Свет. Уже частенько ты ворчишь.
— Что я старуха?! — негодует блондинка. — Эй, я же девочка! Мне нельзя такое говорить!
— Да? — мое удивление только растет. — А я думал, что у нас честный доверительный разговор.
— Хватит! Сам ты старик!
— Ну это ты уже говорила, ха.
Повторяешься, Светлана Дмитриевна.
В возмущении она бросает маленький фаербол-бусинку. Ловко ловлю шарик ладонью, и он тут же развеивается. Дар Пустоты — полезная всё же штука."
"А на самом деле переговорам я научился еще в армии. Основной способ заработать на срочке — это торговля. Продают абсолютно всё: съедобное и несъедобное, свое и обмененное, легальное и не совсем (речь о взрослых журналах). Сам я почти не барыжил, разве что обменивал импортный батончик на ведро дачных яблок, но и обычный призывник должен быть всегда начеку, а то тебе впарят какую-нибудь ерунду — платный внеплановый перекур или даже просто платный совет.
Потом эти навыки пригодились и в апокалиптической пустоши. Чем только не обменивались с другими группами выживших. Правда, тут уже уровень товара сильно снизился: например, крысиное мясо меняли на самогон из навоза, который недавно жаждал распробовать Гумалин. Чудесные были времена.
По возвращению в крепость я бегом принимаю ванну. Немного медитирую в горячей воде, а когда открываю глаза, ванна уже засыпана лепестками роз.
А за дверью раздается задорное хихиканье. Проказница Лакомка освоила новые подколы.
— Шеф, приехали дворяне Гансов, Меринин и Злобин, — докладывает гвардеец, когда я уже отмылся и закутался в махровый белый халат.
— О, наконец! А то уже война кончится, пока мы сидим в Роге.
— Значит, их мы и ждали, да, шеф? — Краснощекий юноша Василий смотрит на меня преданно, с восхищением.
