Разве что Студень с гвардейцами крепче стискивают громобои, не сводя пристальных взглядов со Сморкиных.
— Лететь прямо на север до конца гряды, затем повернуть на восток и прямо пока не уткнетесь в усадьбу со средневековой башенкой. Вот там, в нескольких метрах от стены, и сбросьте, — подробно объясняет задачу альва. Она заранее выяснила местоположение имения соседа, ибо предусмотрительность — одно из сильнейших ее качеств.
— Есть, одначе, — рапортует Рюса, и ящеролюди резво приступают к задаче.
На глазах ошарашенного Сморкина рептилоиды достают из багажника стальные тросы, несколько раз обматывают ими стелу. Другие концы тросов они обвязывают вокруг своей талии и сжимают в руках.
— Что делают эти чудовища?! — кричит Сморкин.
— Как грубо, сосед, — осуждающе прищуривается Лакомка. — Это вассалы моего мужа.
— Вверх! — командует Рюса, мощным прыжком спринтуя в небо.
Двое ящеролюдей с рыком поднимаются в воздух за вожаком. Мощные зеленые спины напрягаются, тросы натягиваются как струны, с треском ломается бетон.
Резко стела взлетает к облакам и, качаясь, уносится вдаль за улетевшими зелеными точками. На старом месте остается лишь глубокая яма в разломанной бетонной площадке.
— Они летают?! — ноги Сморкина подкашиваются. Чтобы не упасть, толстяк хватается за руку своего гвардейца.
— Моему мужу служат могущественные слуги, — кивает Лакомка. — Через десять минут эта стела будет лежать у стен усадьбы Сморкиных.
Согласно вашим же словам о том, что столб означает границу наших земель, вся территория вплоть до усадьбы переходит моему мужу, — она легонько хлопает указательным пальцем себя по виску. — Запись нашего разговора здесь. Любой телепат подтвердит легитимность моих притязаний. Ну а если вы всё же решите нарушить свое же слово, то мой муж по возвращению домой обязательно вас навестит. И тогда вы познакомитесь с ним самим и другими его слугами.
На этом Лакомка отворачивается и, больше не глядя на всё же рухнувшего на землю Сморкина, садится в машину. Протяжно взвывает двигатель, и бронемобиль трогается. Довольная альва с улыбкой смотрит на гряду. А почему ей не быть довольной? Она не только отстояла родовые земли, но обеспечила законное право мужа на большой кусок приграничных территорий. Ох, мелиндо-мелиндо. Теперь тебе не одну ночь придется усердно награждать свою альву.
