Ворота крепости уже снесли обстрелом, во двор въехали гвардейские бронемобили, и сейчас мои бойцы решетят растерянных ханьцев, еще и Змейка где-то порыкивает, но ее не видно. В общем, штурм хорошо идет, моя помощь не требуется. Можно и перевести дух. Только сперва сообщу о заложниках в подвале."
"Спустя десять минут меня находят Студень и Змейка. Медные когти хищницы обильно политы кровью, старший гвардеец довольно оскаливается. То, что он улыбается, это хорошо. Значит, обошлось без потерь с нашей стороны.
— Шеф, у нас нет потерь.
— Я же говорил. — Враг побежден, десять пленных, остальные разбиты.
— Заложников вызволили?
— Да, — кивает Студень и морщится. — Рисоеды их морили голодом и всячески издевались, — и тут же улыбается. — Но мы сполна им оплатили.
— Отлично, — я бросаю взгляд на вскинутый над крепостью флаг с филином. — Теперь можно вызвать журналистов.
* * *В семь часов вечера Федот Бирюзов спустился в гостиную посмотреть новости по телевизору. Нынче, в военное время, журналисты запросто могут раскопать полезную информацию раньше родовой СБ.
Не раз уж такое было. Эти ушлые тараканы везде проползут, а потому боярин взял за привычку смотреть новостные программы.
Сын Георгий уже сидит на диване перед включенными телевизором, лицо у парня недовольное.
— Чего такой взвинченный? — подтрунивает сына боярин, но сам, едва бросив взгляд на экран, тут же замирает.
По ящику показывают щенка Филинова в камуфляже. Юный граф дает интервью во дворе маленькой средневековой крепости. Уже по первым предложениям Бирюзов понимает, что щенок нанес первый официальный удар по его активам.
Возможно, Адские ежики — тоже дело рук Филинова, но там он не посмел высунуть нос.
— Сковородщина, значит, — яростно выдыхает боярин. — Длинные же у тебя ручонки, Вещий! Отрубить бы их!
— Это же никчемный актив, пап, — замечает Георгий. — Там только маломощный угольный рудник да несколько деревень. Мы почти ничего не потеряли.
— Мы потеряли репутацию. У нас нет другого выхода, как вернуть гряду, — отвечает глава рода.
— Это вопрос имиджа. Пускай актив никчемный, но щенок создал прецендент. Если ему сойдет с рук Сковородщина, он позарится и на остальные наши земли, бывшие когда-то у Филиновых.
— Что будем делать?
— Сначала попросим мирно отдать гряду, — усмехается Бирюзов. — А если… вернее, когда щенок откажется, прикончим его. Потому немедленно командируем в Сковородщину большую группировку.
Георгий удовлетворенно оскаливается. Филинов у него уже в печенках сидит.
