Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 34

— Теперррь не болит, фака-а-а! — удар чешуйчатой ноги ломает пациенту позвоночник, и он вьётся на месте, как прибитый гвоздями к песку под собой.

В это время Настя, приняв волчий облик, раскрывает пасть и звуковой волной сносит «Кота в сапогах». Того швыряет назад, кровь брызжет из ушей, он катится по песку. Но, хрипя, цепляясь за остатки сил, он всё же успевает активировать доспехи — держится, крепкий малый, даже после удара оборотницы. Но Настя только рада продлить муки предателя.

Гришка, выскочив из машины, бросается на второго здорового казаха и, не церемонясь, поджаривает его точным электрическим разрядом.

Пока Змейка играет в доктора и рубит руку второму обессиленному пациенту, а Гришка занимается третьим незаражённым, которого мне пришлось подсветить, чтобы не забыли, сам я, спокойно выйдя из машины, оглядываюсь.

— Никого не убивать! — приказываю всем мыслеречью, чтобы точно дошло. — Настя, займись своим.

Настя и без того послушно вцепляется в «Кота в сапогах», рвёт когтями доспех, вжимает его в землю.

Волчья морда вся в крови, клыки оскалены, и, судя по её рычанию, не стоит надеяться на выживание этого бедолаги. Эх, пропадёт потенциальный легионер.

Я прохожу к первому, тому, у кого уже нет руки. Кровь хлещет, песок под ним темнеет, но мне важно другое. Я закрываю глаза, сосредотачиваюсь и вытягиваю его сознание в Астрал. Оно слабо сопротивляется, но в итоге втягивается внутрь меня, как воронка тянет воду. Всё — его больше нет, остался только пустой сосуд.

Затем перехожу ко второму.

Он ещё дёргается, стонет, но это ненадолго. Я делаю то же самое: вытягиваю, впитываю остатки его разума. Змейка в это время кружит рядом, сверкая медными когтями и зорко следя за моей безопасностью.

Когда я высасываю четырёх Улыр, Настя, вся забрызганная кровью, подходит ко мне. В её рычащем голосе едва слышится человеческая речь:

— Даня… я не добила его. Ты можешь его тоже забрать. Но лучше поторопиться, — она виновато опускает волчью морду. — Ему совсем недолго осталось.

Удивительно, но «Кот в сапогах» ещё жив. Искалеченный, весь в кровавых ранах, но всё же дышит. Я наклоняюсь над ним. Смотрю — живой, хотя больше похож на кучу мяса, чем на человека. Честно сказать, я был уверен, что Настя разорвёт его подчистую. Но, видимо, жена всё же смогла возобладать над зверем внутри себя и не ослушаться своего вожака-мужа. Хотя для гвардейца лучше было бы умереть.

С усмешкой тянусь и вытягиваю его сознание, пока коньки не отбросил.