С удовольствием вспомнили восхищенные лица португальских негоциантов при въезде в Москву, их удивление обилием транспорта на улице, ступор при виде широкого ассортимента товаров в кошкинских мастерских, подрагивающие от волнения руки при передаче им часов. А дальше говорили обо всём,и не заметили, как подъехали к Дмитрову.
— Боярышня, к княжьему двору едем? — уточнил Юрята.
— Да. Мы теперь до весны там.
Служивый кивнул, показывая, что услышал, и поскакал вперёд. Дуня шмыгнула замёрзшим носом, смотря ему вслед.
— Не нравится он тебе, — хмыкнул брат.
— Нет.
— А он старается понравиться, — играя бровями, заметил Ванюша.
— Старается, — согласилась она и криво усмехнулась, вспомнив, как Юрята смотрел на Еленку. Вот где были искренние чувства, а с ней Гусев обращается как с тухлым яйцом.
— Да только зря, — злорадно припечатал брат, глядя вслед Юрате. — Дед присматривает тебе служивого князя, — с гордостью поведал боярич.
— А зачем нам князь? — с кислым выражением лица, спросила Дуня. — Посадить на свою шею и слушать, как он с нами через губу будет говорить?
Ванюшка вытаращился на неё, а она, не стесняясь, добавила:
— И вся его никчёмная родня прилепится к нам, стараясь урвать побольше, но благодарности от них не дождёшься.
— Я думал, что тебе любо стать княгиней, — растерялся мальчишка.
— Ванюша, если только брать в мужья старенького сироту княжеского рода.
Услышавший её слова, Григорий фыркнул, а Олежка с братом сидели, открыв рты.
— Пф-ф, с ума сошла такое говорить! — опомнился Ванюшка и вопросительно посмотрела на приятеля, но тот тоже был шокирован словами боярышни.
— Ты скажи деду, что он сам может жениться на княгине, — как ни в чём не бывало предложила Дуня.
— Шутишь? — предположил брат.
— Почему же? Все можно оговорить заранее и пусть женится, раз ему хочется к князьям примазаться.
— Да ну! — не понимая, как реагировать на слова сестры, выдавил из себя мальчишка. — Зачем она нам? Ещё станет мамой командовать или мною! — развил он свою мысль, представив, что в доме появится новая старшая женщина.
Евдокия укоризненно посмотрела на брата, и он смутился.
— Прости, — буркнул Ванюша, — я думал, что ты обрадуешься, если к тебе посватается князь.
— И не подумал, а каково мне будет жить в княжеской семье и сколько вам всем впахивать, чтобы содержать знатную родню.
— Так уж и содержать? — все ещё не веря, что это плохая идея, буркнул Ванюшка.
— А зачем тогда мы им? — жестко спросила его Евдокия, отбросив показное равнодушие.
