— И всё?
— Все гениальное всегда просто, — не без гордости выдала Евдокия.
— Я хочу попробовать! — заорал Ванюшка.
— Нет! Только после меня, — шикнула на него Дуня, а пестун на всякий случай не дал бояричу запрыгнуть внутрь.
— Князь идёт! — зашумел народ и все тот же зычный голос велел воям расчистить от людей дорогу, объявляя, что боярышня сейчас всем покажет, для чего придумала эту штуку. Дуня ожгла сердитым взглядом самовыдвиженца глашатая, но поделать ничего не могла. Откуда-то весь город узнал, что она чего-то задумала и приперся на речку.
— Здрава будь, Евдокиюшка, — улыбаясь, поприветствовал её Юрий Васильевич.
Дуня поклонилась, не видя, как закусила губу Оболенская. Еленку оттерли в сторонку, но при приближении князя она растолкала всех локтями и вновь вылезла вперёд, а князь её словно бы не заметил.
— Показывай, что придумала, — ласково велел он, придерживая шапку, чтобы не сдуло ветром.
Парус резко дёрнуло, и пестун едва удержал лодку. Именно этот момент выбрала Оболенская для того, чтобы запрыгнуть внутрь и ухватиться за массивные скобы.
— Не балуй, боярышня, — шикнул на неё пестун, пытаясь отодвинуть её плечом. Ему на помощь ринулся Гришка, но не хватать же ему знатную деву руками, а тут ещё её сопровождающие мамки вразнобой заголосили.
— Еленка, коза ты эдакая, не смей! — всплеснула руками Дуня, немного растерявшаяся от прыти Оболенской.
— А я посмею! — глядя с вызовом на князя, выкрикнула Еленка.
— Слазь, корова, пока не развалила всё! — попыталась ухватить её за подол Дуня.
— Не дождёшься! — ещё крепче хватаясь за скобы и вытесняя руки Ванюшкиного пестуна.
— Боярышня, — попробовал приказать ей Юрий Васильевич, но ситуация была нелепой и немного детской. Ему хотелось вытащить Оболенскую за косу, а лучше за ухо, но с девушками так нельзя.
И тут Еленка укусила пестуна за кисть, заставляя его отпустить держатели.
— А ну, слезай! — одновременно зарычали Евдокия с братом, но парус повернулся, заставляя их отшатнуться, натянулся — и лодка резко взбрыкнула.
— А-а-а-а, — закричала Оболенская, но ещё крепче вцепилась в скобы.
Из-за спины князя выбежал Юрята, ухватил заднюю часть корпуса лодки, чтобы удержать её, но следующим порывом лодку развернуло и Гусева мотыльнуло, сталкивая с пестуном Дорониных. Тот не удержался на ногах и завалился на Юряту, заставляя его выпустить из рук борт лодки, а та заскользила, набирая ход. Народ,затаив дыхание, подался вперёд, а после раздались восторженные вопли.
