— Ульяна, князь уже давно взрослый муж, но он не женится не потому, что до сих пор любит тебя, а потому что это его жертва ради Руси. Никакой родственной распри из-за наследников со стороны больше не будет.
— Он мне об этом говорил, когда мы полюбили друг друга, — сквозь слезы произнесла женщина.
— Ему тяжело, но его жизнь — это служение нашей земле, — продолжала объяснять Евдокия. — Ты могла стать его отдушиной, а дочь согрела бы его сердце, но он ошибся, положившись на твое разумение. Ты избаловала Александру.
— Я думала… — начала оправдываться Ульяна, но закусила губу и замолчала.
— Коли хотела растить дочь княгиней, то брала бы пример с Марии Борисовны. Вот уж ни дня наша княгиня не провела в мечтаниях и праздности. Умнейшая женщина и великой скромности.
Ульяна слушала Евдокию и мелко кивала, а потом неожиданно спросила:
— Боярышня, прости, но сколько тебе лет?
— Да я всего на год старше Александры, — хмыкнула Дуня, насмешливо поглядывая на рослую девчонку.
И нисколечко Евдокии не было стыдно, что по факту она взрослее самой Ульяны. В конце концов она рассказывала обо всех боярышнях, а с них действительно дома много требовали.
Евдокия бросила взгляд на безмолвно открывающую рот Александру. До той ещё не дошло, что князь поставил точку в этой затянувшейся истории. Он не признал её даже незаконнорожденной дочерью. Теперь только от матери зависит, как она растолкует его полный отказ от нее.
Скажет, что он дал ей возможность спокойно жить или что не любит её, недоволен ею и прочее.
По сути, всё правда, но князь не желает худа своему дитю. В ином случае он не сидел бы здесь, не пытался понять, чем дышит его дочь.
И на этот счет у Евдокии были ещё мысли… очень важные для всех. Потому что если для Александры метания закончились и она может жить спокойно, то князю предстоит ещё многое сделать и делами отмолить своё непутевое отцовство.
Глава 26.
Евдокия выбежала, оставляя подавленных Ульяну с дочерью в горнице.
Дуня пыталась сочувствовать им, но не видела в них жертв. Прошло пятнадцать лет! У Ульяны есть семья и князь все эти годы поддерживал ее, а у нее лицо великомученицы. Дуня пожалела, что не спросила у Ульяны есть ли у нее ещё дети и любит ли она их так же, как Александру, но не возвращаться же. Девчонка тоже не вызывала симпатии. Конечно, во многом виновато воспитание, но не приведи господи дать ей в руки власть.
