Боксер, Пашка, я и космический отщепенец

Я захлопнула рот, выкинула чашку, залетела с водительской стороны машины, выдернула за шкирку кактусенка и с криком ""Адольф"" понеслась в сторону поля. Резкая воздушная волна настигла нас несколько мгновений спустя, сбив с ног. Я упала в траву и подмяла под себя Пашку. Земля вполне ощутимо содрогнулась, хотя быть может, это всего-навсего под влиянием адреналина обострилось мое восприятие действительности. Я приподняла голову и постаралась разглядеть сквозь деревья трассу. Как назло дорога была совершенно пуста.

- Мам! Что это было? Слезь с меня! Ты тяжелая!

Я перекатилась на спину и наконец поняла, что приподнять меня пытался перепуганный до чертиков Адольф дабы втиснуться в самое надежное на его взгляд укрытие, подвинув при этом кактусенка.

- Дольф, найди себе другое место! - недовольно проговорил маленький хозяин, вскочив на ноги и сосредоточенно ощупывая уши. Понять действия ребенка не составило труда, барабанные перепонки действительно побаливали.

- Что это было? - повторил Паша. Я молча осмотрела и ощупала его всего на предмет повреждений. Добравшись до головы, обратила внимание на расширенные глазищи полные восхищения и невероятного благоговения. Проследила в направлении сынкиного взгляда.

В сотне метров от нас лежала та самая конусовидная ерунда, только теперь нос ее был наполовину зарыт в землю и размер ее был не так уж и велик, как мне показалось изначально. Вот и вправду, у страха глаза велики.

- Круто! - выдал мой цветик. - Мам, ты это видела?

- Да, - не задумываясь согласилась я. - Поехали отсюда.

- Ты что? А вдруг это какой-нибудь секретный самолет разбился! Или нет! Круче! Инопланетяне какие-нибудь! Автоботы! Нет! Еще круче! Десептиконы!.

Выяснять, почему десептиконы круче автоботов я не стала, вместо этого схватила кактусенка за руку и поволокла его к нашей ржавенькой, пока он еще и до черепашек ниндзя не додумался. Адольф семенил рядом, вплотную прижимаясь к моей левой ноге.

- Мам! Ну, просто бегом глянем! И уедем! Помнишь, как в фильме? Если сейчас не сядешь, потом до конца жизни будешь жалеть, что не села...

- Надеюсь, что при этом жизнь останется долгой, очень долгой, - пробубнила я.