Боксер, Пашка, я и космический отщепенец

- Еще корабль!

Собак же, явно не разделивший восторгов маленького хозяина, попытался запихнуть голову под мою попу. В глазах мужчины промелькнул интерес. Двое вновь прибывших остановились рядом с нами и уважительно обратились к шипящему. Он им коротко что-то объяснил, потом обернулся ко мне.

- Ты никому ничего не расскажешь.

Утверждение, надо отметить, было крайне убедительным, так что я энергично закивала головой, выражая крайнюю степень согласия, но тут голос решил подать мой цветик.

- Инопланетяне! Настоящие! Кр-р-руто! Овечкин сдохнет от зависти!

Трое иноземных мужиков хмуро взглянули на мой бесценный кактус, и я остро осознала, что пора уносить и себя, и сына, пока он еще чего не ляпнул.

Резво подпрыгнув и схватив в охапку Пашку (откуда только силы взялись?) я что есть мочи рванула к машине, благо перед падением не добежали до нее всего ничего, с пяток метров. Адольф, обогнал нас и сиганул на заднее сиденье, туда же я зашвырнула цветик и захлопнула дверь. Подняв облако пыли, я обогнула машину и, буквально упав за руль, завела. Родная не подвела, загудела с первого раза.

Со скрежетом рванула заднюю, потом переднюю, с разгона поднялась на трассу, едва не въехав в иномарку, безмятежно летящую по встречной полосе, потянулась, захлопнула переднюю пассажирскую дверь и только после этого позволила себе взглянуть в зеркало. За нами никто не гнался. Я облегченно выдохнула. С заднего сиденья на меня ошарашено сверкали две пары глаз.

- Ну, мам... Ты вообще! Как в боевиках, - благоговейно выдохнул Паша.

Я не ответила, в голове проносились тысячи мыслей, кровь стучала в висках. Я уставилась на дорогу впереди и попыталась успокоиться. Серое полотно, разделенное белыми ровными линиями, исчезало под колесами - это движение помогало, приводило в порядок. Я не сводила с мирной картины глаз, а потом... потом наша ржавенькая плавно оторвалась от земли. Пашка сказал свое незыблемое: ""кр-руто!"" Адольф не по-мужски пискнул и скрылся на полу, а я мертвой хваткой влепилась в руль.

4. Свидетелей принято забирать

Машина поднималась в воздух выше как на ускоряющемся лифте. Сначала медленно, затем все быстрее и быстрее. Меня вжало в кресло, Паша рухнул на Дольфа, уши заложило. Я с трудом пролезла между сидений и накрыла сопротивляющегося кактусенка собой.

Подъем прекратился так же неожиданно, как и начался. Осторожно, дабы не навредить ни себе, ни сыну, я приподняла голову и осмотрелась. Сквозь окна проникал белый искусственный свет.