Боль и сладость твоих рук

Парочка мнений в его защиту потонула в потоке наездов и оскорблений. Но теперь, зная то, что она знала, Ира не относилась к этому всерьез. Она не переставала бояться, что историю с Лори выкопают. Что ее саму найдут, что найдут Макса — а там и до "Сабспейса" недалеко. Но, похоже, Тимофей был прав — отечественные журналисты не то, что американские из кино.

К счастью, никто ничего не расследовал — все только фонтанировали мнениями и оскорбительными комментариями, а также фантазиями на пустом месте.

Дошло до версий о том, что Тимофей едва ли не лично советовал клиенту повеситься, чтобы не мешать счастью бывшей жены и ребенка. По другой версии, психолог присутствовал при повешении и напоследок ограбил квартиру несчастного. По третьей, собирался жениться на бывшей жене погибшего.

Горько улыбаясь от этой чуши, Ира поражалась, как глупо устроен мир: в то время как Тимофея обвиняют в такой нелепой ерунде никто не знает того настоящего кошмара, в котором он действительно виноват.

И никто не знает, для каких людей он действительно опасен. Не для чужих детей, и не для их родителей. Для собственных любовниц. Никто не знал правды, кроме нее, Лори и Макса. И что теперь с этим делать? Что сказала Лори в полиции? Почему Лори сказала, что дело закрыто? Почему его до сих пор не арестовали, если он сделал с ней такую ужасную вещь?

Ира несколько раз порывалась спросить у Лори, но каждый раз останавливала себя и строго-настрого велела Максу не говорить Лори ничего.

"Ты ей этим не поможешь. Ей нужна наша поддержка, а не это дерьмо", — настаивала она, и Макс в конце концов согласился. И они оба стали поддерживать Лори: сначала Макс, потом Ира, едва немного пришла в себя. И, конечно, Дима тоже поддерживал. В кои-то веки у Лори появился отличный партнер — и как вовремя.

Вернувшись мыслями в реальность, Ира нашла глазами эту сладкую парочку и удивленно улыбнулась, когда поняла, что они, наконец, решились на публичную сцену нежности.

Дмитрий открыто ласкал и легонько шлепал свою сабу на диванчиках в лаунж-зоне, и на них косилась половина клуба — никто не пялился в открытую, поскольку в этой зоне пялиться было запрещено, но исподтишка наблюдали многие: уж больно интересная пара.

Наблюдала за ними и Ира, с невольной ревностью следя за тем, как Дима строит игру. Пришлось признать, что мальчик-бармен вырос в роскошного дома — внимательного, щедрого, умелого.