Боль и сладость твоих рук

Макс предложил ему воды, но он качнул головой, отказываясь. — Но ее все равно нельзя принимать в "Сабспейс".

— Расскажешь подробнее? — владелец клуба тоже сел, молча и внимательно выслушал его историю и медленно серьезно кивнул:

— Я тебя понимаю. Но у нас здесь в последнее время очень не хватает доступных опытных саб. Особенно новеньких.

— Но в "Сабспейсе" преследования запрещены, — так же медленно, стараясь не терять самообладания, проговорил Дима.

— Это так, — легко согласился Макс. — В клубе — запрещены, — повторил он, подчеркнув слово "клуб".

— Забавно, — хмыкнул Дима и перевел взгляд в сторону, сверля глазами стену, — я только что размышлял о том, как круто ты заботишься о безопасности и порядке.

Он стиснул челюсти, изо всех сил стараясь сдержаться, не поругаться с Максом, не ляпнуть лишнего. Если уж тот что-то решил, его все равно не переубедишь…

— Спасибо, — с обычной невозмутимостью кивнул Макс. — Так и будет дальше, обещаю.

— Ты, кажется, нуждаешься в совете насчет Лори? — перебил его Макс, не позволяя выпустить наружу гнев.

Мужчины скрестили взгляды и какое-то время прожигали ими друг друга насквозь. Но затем Дима глубоко вздохнул и сдался: у Макса, как всегда, были отличные козыри на руках, ведь ему правда требовался его экспертный совет.

Она понятия не имела, что может измучиться с Лори. Что ее добрая, милая, всегда послушная саба способна превратиться в такую безжалостную госпожу. Если бы она на секунду забыла, что попросила об этой игре сама — решила бы, что бывшая саба мстит ей за все.

Казалось, Лори шлепала и одергивала ее чаще, чем раз в секунду — за каждый неловкий взмах ресниц, поворот головы, за недостаточную мягкость жестов и изящество движений. Ирина изо всех сил старалась сдерживать рвущуюся наружу ярость и досаду. Она столько раз произнесла "да, госпожа", что эти слова утратили для нее всякий смысл. Лори заставляла ее опускаться на колени и подниматься снова и снова — пока это не начало напоминать тяжелые физические упражнения в зале.

— Могу я отдохнуть, госпожа, умоляю? — попросила тогда Ирина, но Лори что-то не понравилось в ее тоне, и "отдых" превратился в пятнадцатиминутный куни. Правда, она увлеклась и смогла немного расслабиться. Нежную киску Лори было очень приятно ласкать, а ее стоны удовольствия принесли Ире огромное облегчение: значит, она не совсем безнадежна.