Они тоже завязали бой и гремят в частном секторе всеми видами своего вооружения.
– Бригадир, смотри! – крикнул Гера, укрывшись за деревом.
На толстом суку старой высокой яблони висел труп бойца вверх ногами. Тело привязано за ноги, синий живот оголён. На спине огромные дыры выходных пулевых отверстий, бушлат расстегнут и висит на локтях, закрывая лицо бойца. По верёвке сверху вниз к ремню на штанах тянутся тоненькие проводки.
– Потом снимем! – ответил Бригадир, со всей силы зашвырнув гранату вперёд.
Пуля рвёт боковой кармашек на бронежилете бойца, он замечает это в последнюю очередь.
Патроны падают в грязь, и он вжимается спиной в плиту надгробия. Достаёт прыгающими руками гранату, старается пальцем попасть в кольцо. Набирает воздух в лёгкие, задерживает дыхание и кидает ещё одну. Веер осколков проносится звуком рассыпанного гороха, бьётся о преграду. Гера смотрит на Титова, улыбаясь, прижавшись к дереву, и одними губами произносит слово «жопа»."
"Разведка подползла к первым окопам противника.
Кидают гранаты. Нашли ещё четверых пропавших бойцов, цепляют их «кошкой» проверяя на мины-ловушки. Трупы сидят спиной к дереву, связаны проволокой. С них сняты бушлаты, из-под кителей торчат краповые тельняшки.
Лица белые, как у фарфоровых кукол. Страшно смотреть на них.
Боевики отходят в частный сектор, огрызаясь огнём. Завёлся двигатель. Слышен визг шин по бетонке. Макеев встречает их группу очередями пулемёта. Около десяти человек перебегают дорогу, двое падают. Им вдогонку летят подствольные гранаты, хлопая белым облаком.
С перекрёстка сработал снайпер, сняв одного разведчика в грудь. Его тащат на броню транспортёра. На дорожках аллеи много растяжек, и наших, и чужих. Боекомплект пушки уже пуст. Раненого увозят, без надежды на чудо, пуля отрикошетила от задней стенки бронежилета, повредив внутренности бойца.
К Макееву бегут полковник и сержант милиции, оба перепачканы кровью. Сержант – чеченец, полковник – русский. Стучат прикладами по башне.
– Эй, командыр! – кричит сержант.
– Можешь поближе подойти? Мы к ным с фланга зайты можем, а то уйдут через частный сэктор!
А там рэка и всё. Поработай пулемётом, брат.
– А если сожгут меня?
– Нэ, нэ сожгут, мы прэкроем, – убедительно замотали головами милиционеры.
– Ну тогда Аллах акбар! – крикнул взводный.
– Чего? – не расслышал шутку Макеева чеченец.
– Вперёд, говорю, – засмеялся офицер.
– Короткими поработай и уходи, – добавил серьёзно полковник, – у них гранатомётов полно.
