Он отрезал подпорченную часть своих сапог и сшил их с сапогами офицера. Получился довольно грозный гибрид, не имевший аналогов во всем полку. Передвигаться в таких лаптях нужно было крайне осторожно, чтобы не потерять подошву на ходу. По прибытии на Кавказ его первый прыжок с бронепоезда, так сказать, не удался. Казаков по уши увяз в чеченской грязи, выползая из нее уже босиком, в одних голенищах. Стойкий, привыкший ко всем тяготам и невзгодам армейской службы боец отрыл их сапёрной лопатой и снова одел. Тут пригодилась солдатская смекалка.
Для того чтобы не потерять свои то ли кеды, то ли сапоги, он надел поверх них комплект ОЗК. Перед тем как вступить в ожесточённую схватку с противником, необстрелянных солдат отправили в штаб полка. Там боевые офицеры повторно принимали экзамены.
Получив сухой паёк, в который всё так же входили килька и хлеб, Юра побрёл в палатку. Там, как обычно, у печки-буржуйки расположились дембеля, уже повоевавшие, ждущие отправки домой. Кинув вещмешок на стол, голодный и уставший боец стал думать, чем бы порезать хлеб.
В руках у одного из старослужащих армянской внешности Юра увидел нож. Дождавшись, когда дембель наиграется «бабочкой», солдат молча подошел и взял так необходимый ему предмет. Из буханок хлеба, который мы получали, можно было построить блокпост и не бояться пуль боевиков. Поэтому сказать, что хлеб был черствым, – это не сказать ничего. При нарезке не без труда второго куска хлеба металл просто лопнул, застряв в буханке. Казаков округлил глаза, успев подумать о том, что чёрная полоса его жизни уж както долго тянется.
Не успев оправиться от этой тяжёлой мысли, боец получил довольно ощутимую зуботычину от обладателя злосчастного ножа.
– Ах ты урод. Я этот нож на зачистке нашел! – закричал дембель и хлестнул Юру по лицу ладонью.
– Я не виноват, что мой хлеб и твой нож дерьмо, – оправдывался Казак, уклоняясь от ударов.
Ему хотелось вырубить армянина, но здравый смысл подсказывал бойцу обратное. За спаррингом не без интереса наблюдали дембеля.
И тут один старослужащий из жалости либо вдохновленный смелостью Юры крикнул:
– Хватит, ара, успокойся, твоя «бабочка» на самом деле дерьмо! Всё равно перед «вертушкой» её у тебя менты отберут. Видел, как они металлоискателем ребят шмонают?
Армянин сделал недовольное лицо, но все же отступил, вернувшись к буржуйке и ругаясь по-армянски. Он злобно пронзал бойца взглядом, но сделать ничего не мог или просто не решался.
