Сутки спустя Сергей Титов был уволен из рядов Вооружённых Сил Российской Федерации в запас в звании гвардии старшего сержанта. Здравствуй, Москва…
А на фронте дела шли не очень. Освобождённый Грозный оказался пылью в глаза правозащитников и недовольных обывателей, занимавших крайне либеральные позиции. На самом деле весь февраль и начало марта ознаменовались приходом кровавой весны и крупными прорывами боевиков в Шатойском и Урус-Мартановском районах. Большие потери мотострелков и десантников и захват села Комсомольское – всё это случилось в считанные дни.
Наших снайперов сняли с позиций и отправили на помощь образующемуся кольцу федеральных сил вокруг осаждённого села. Позже туда стянули всех, кому не лень пострелять. Две недели шли бои за каждый дом. Неоднократные штурмы привели к большим жертвам среди бойцов спецназа. Комсомольск оказался вотчиной полевого командира Гелаева, который, к сожалению, смог вырваться из окружения и уйти в Грузию.
Наша разведка страховалась, проводя рейды вглубь на 2—3 километра от основных позиций полка.
При обнаружении групп противника использовали артиллерию, не вступая в непосредственный огневой контакт. Взаимодействие войсковых манёвренных групп с артиллерией, возможно, позволило избежать открытых столкновений с боевиками Басаева и Хаттаба. Партизанили чеченцы, конечно, качественно, нанося удары то тут, то там. Этому мы часто удивлялись, получая вполне достоверную и своевременную информацию о положении дел благодаря «солдатскому радио». Таков результат прорыва основных сил ваххабитов из Грозного.
В отсутствие Скачкова меня вместе с машиной прикомандировали к третьему взводу и дали наводчика. Женя был тихим спокойным парнем моего призыва. Из-за его молчаливости мы практически не общались, но с пушкой и пулемётом, слава богу, он был на «ты». Мы пару раз возили разведку к месту высадки. В их группе всегда был корректировщик артиллерийского огня.
Рембат. Скачков и Тимирбаев. Ханкала
– Ну что, хлопцы, пора к своим, – ударил в ладоши зампотех.
– Дуйте на дозаправку, уровень масла не забудьте проверить. Вещи свои заберите. В колонне за мной пойдёте. Замыкающим, как всегда, танк. Боец, – обратился майор к Тимирбаеву, – сидишь в башне, а не на броне. Неспокойно сейчас в лесах Ичкерии."
"– Товарищ майор, – задал вопрос Скачков, – тут ребята моего призыва вовсю увольняются, у нас в полку то же самое происходит?
– Насколько мне известно, – ответил офицер, – твой призыв, Александр, уволен в запас полностью.
