На парне была надета его любимая куртка-бомбер и голубые джинсы. На ногах армейские ботинки, на подошву которых он умудрился прибить сержантские металлические подковы. Внешний вид и бритая голова Сергея часто привлекали хмурые взгляды правоохранительных органов. Во избежание недоразумений сержант носил с собой военный билет, где чётко прописано, что он герой чеченской войны, а не футбольный хулиган, как многим кажется. Он стоял и пил пиво, вглядываясь в лица кавказской национальности, пытаясь найти среди них русское лицо Скачкова.
Огромный баул неожиданно ударил его по руке, и Титов разлил алкоголь на джинсы. Злость мгновенно захлестнула сержанта, и он схватил неуклюжего кавказца за плечо куртки из кожзаменителя.
– Ты чего, блядина? Не видишь, куда прешь? – прошипел Сосок, одновременно выискивая в толпе милиционеров. – Извиняться тебя, суку, не учили, я спрашиваю?
– Я нэ понимаю, – согнулся от страха в коленях обидчик, – мы беженцы.
– Не ври лучше, тварь, – не разжимал кулак Сергей, – вас кого ни спроси, вы все бежите откуда-то.
Барыга ты и социально опасный элемент. Пошёл отсюда.
Титов отпустил мужика и снова сделал глоток как ни в чём не бывало. Допитое пиво мягко ударило в голову, и настроение немного улучшилось. Скачков звонил вчера родителям друга и сказал, что наконец выезжает из своего захолустья. Мать записала номер поезда, а номер вагона не расслышала. Пятнадцать минут спустя кто-то сзади легонько отвесил подзатыльник Сергею.
Эпилог
– Здорово, Титя! – расплылось в улыбке лицо Скачкова.
– Чего хмурый такой?
– Да не хмурый я, просто козёл один горный меня пивом облил.
– Не обращай на них внимания, – подтолкнул к выходу с вокзала Саня, – хватит, навоевались. Ты мне лучше культурную программу расскажи. Что, где и когда? У меня три дня, а далее я еду покорять Крайний Север. Рыбу буду ловить, прикинь, да?
– Скучал по мне? – перебил друга Титов.
– А как же, – ответил Саня. – У меня кот дома, так же как и ты, носом шмыгает. Я его Соском назвал. В твою честь.
– Нам на метро, – засмеялся Сергей, свернув с дороги к подземному переходу.
Съёмная однокомнатная квартира находилась в одном из спальных районов московского гетто. Только тут мог позволить себе жильё рабочий класс. Пожелтевшие обои были заклеены плакатами игроков ЦСКА и участников группы Prodigy. По центру комнаты видеодвойка и торчащая из видеоплеера кассета с фильмом «Бритоголовые». У стены на линолеуме музыкальный центр с огромными колонками и кучей компакт-дисков в жанре хард-кор.
