Больно не будет

Мне пофиг, если отец решит лишить меня наследства — да на здоровье! Сам заработаю!

— А он может?"

"— Пф, запросто! — Рус придвигается ближе и произносит доверительно: — Яр тебе не рассказывал о нашем третьем брате?

— Есть еще третий? — удивляюсь я.

— Да, — Русик смеется над моей реакцией. — Сын отца от первого брака. Вот он — самый лучший сын на свете.

— Как сын маминой подруги?

— Верно, — он смеется. — Сечешь. Даже назван в честь отца — Денис. Денис Денисович, полная фигня, согласись?

Я пожимаю плечами, решая выбрать нейтральную позицию.

Руслан продолжает:

— Дэн закончил военное училище, пошел по дорожке отца. Протоптанной. Ну еще бы, с такими пинками! И в тридцать лет его повысили с какой-то наградой, и все, отца как накрыло! Мы с Яром учились на втором курсе как раз. Хорошо учились, кстати, без нареканий. Отец заявил, что отныне у него только один сын, остальные — гребаные танцоры-психологи!

— Ого, Яр не рассказывал, — я невольно округляю глаза. — Хотя он много раз говорил, что ваш отец — человек тяжелый.

— Да, попала вожжа под хвост. Объявил, что лишает нас наследства. Ну это ладно, пусть Денис Денисович подавится. Самое неприятное, он начал третировать мать. На это было больно смотреть, они любят друг друга, мама очень страдала.

— О Боже! — я замираю с поднесенной ко рту ложкой.

— Да. Дескать, это она виновата. Дотаскала детей по танцевальным кружкам, вырастила позорище. А мама наша… она без водителя не знает, как до магазина добраться. Ни дня в жизни не работала.

Ей даже деться некуда было. Что мы с братом могли ей предложить, сами второкурсники.

— При разводе можно же половину отсудить.

— С моим отцом еще посудись! Это надо иметь яйца стальные, у мамы их нет.

— И что потом?

— Ну что, Яр забрал документы и ушел в армию всем назло. Так мало того, отец еще приезжал и д*очил его там, заставлял их роту отрабатывать такие элементы, что вообще не принято. Яр тебе не рассказывал? Расскажет, значит, хотя он не любит говорить на эту тему, только если накроет.

Попали все пацаны, что с ним служили. Упражнения на грани, пока не упадешь в обморок, вылазки в опасные районы… Они полгода в лесу жили, и далеко не всегда в палатке! После этого отцу вроде полегчало.

— Они помирились с мамой?

— Да, все хорошо. Мы снова в почете. Тем более, Яр реально ворвался во всю эту тему, утверждает, что любит свою работу. Ну любит — и хорошо, это его путь. У меня свой, не хуже. Ты ешь, остывает.