Дагестанец отправляется открывать прямо так, в полотенце, и возвращается с двумя коробками пиццы.
— Надеюсь, это съедобно… — сползаю я с кровати.
— Можем проверить на мне, — предлагает он, принюхиваясь к коробке.
— Если что, я их засужу…
— Засудишь? — слегка улыбается Расул.
— Да. Но я бы лучше поела…
В отельном холодильнике я нахожу сок и воду.
Мы едим за маленьким столиком у окна.
Я так голодна, что забываю про манеры. На коробке маячит слово «экспресс», это объясняет скорость доставки.
И то, что пицца очень даже съедобная…
Мы то и дело пересекаемся взглядами. Аппетит у нас одинаково дикий. Я позволяю себе съесть два куска и в тот же момент становлюсь пресыщенной: тело словно наполняется ватой, тяжелеет. Эта пресыщенность обрушивается на меня так внезапно, что последний кусок пиццы я не доношу до рта. Просто роняю его в коробку.
— Вопрос можно? — обращается ко мне дагестанец.
— Какой? — спрашиваю тихо, подняв на него взгляд.
Бросив в коробку корку от пиццы, он проводит рукой по волосам и спрашивает с той самой раздражающей трезвостью: — В прошлый раз… ты зачем это сделала?
Пояснять, о каком прошлом разе идет речь, ему не обязательно.
Сглотнув, я пытаюсь защищаться. Реакция выходит спонтанная. Я боюсь получить какой-то упрек и выпаливаю в ответ: — А ты зачем ЭТО сделал?
— Я? Хотел секса…
— Может, я тоже хотела. Это что, плохо?
— Не плохо. Просто обычно своим первым разом девушки распоряжаются лучше.
— Значит, я необычная.
— Тут не поспоришь… — глядя на меня исподлобья, проговаривает Расул.
Отряхнув руки, я срываюсь со стула и отправляюсь в ванную, чтобы их помыть.
Никогда в жизни я не делила ни с кем свои сокровенные мысли. На самом деле порой они были настолько дурные, что это и к лучшему. Мои комплексы, нелюбовь к себе, злость… все это привело меня в ту кафешку в день, когда с этим мужчиной я встретилась впервые!
Когда возвращаюсь, дагестанец лежит поверх одеяла на правой половине кровати и щелкает каналы на телевизоре.
Его голова тоже выглядит тяжелой, но он приподнимает ее, когда я вхожу, и следит взглядом из-под полуопущенных век все время, пока иду к кровати.
Я забираюсь на нее и, подтянув на груди халат, устраиваюсь рядом. А через секунду ложусь Расулу Алиеву на грудь.
Он чуть меняет позу: притягивает меня выше и накрывает плечи тяжелой рукой. Я подтягиваю вверх колено и забрасываю на бедра дагестанца ногу.
