— Все хорошо? — спрашивает он с хрипотцой.
Мой голос не меньше хрипит, когда отвечаю:
— Просто супер.
— По-моему, оно восстановлению не подлежит, — кивает он на платье.
— Хочешь, чтобы я оделась?
Я знаю, что он не может этого хотеть. Просто не может! Он целовал меня горячо. Мои губы распухли. И он так на меня смотрел… и сейчас смотрит.
И я его дразню, ведь теперь знаю, что он может быть смешливым. Я хочу, чтобы он был таким сейчас. Со мной. Хочу расшевелить его. Хочу его дразнить.
— Нет, — говорит Расул, подходя к тумбочке.
— Точно нет.
— Чтобы разделась? — предлагаю с легким вызовом.
Повернув ко мне голову, он на меня смотрит. Я знаю, что время, которое Расул берет себе для ответа, — это не признак его умственного запора. С мозгами у него все отлично, просто он понимает, что я с ним флиртую.
На мой флирт дагестанец отвечает раздражающе трезво: — Хочу. Но, если ты разденешься, мне пиздец. А я пытаюсь придумать, как решить проблему…"
"Мне плевать на его грубость. И на платье.
Я хватаюсь за его грубый комплимент и за его взгляд, которым Расул окинул мое тело, — быстрый, словно он дотронулся до высоковольтного провода. И эта дистанция… мне не нравится…
— Видимо, мне придется остаться здесь навсегда, — говорю я.
— Я что-нибудь придумаю, — заверяет он. — Хочу заказать еду. У них тут своя пиццерия, — Расул изучает меню, которое взял на тумбочке. — Какую пиццу хочешь?
— Выбери на свой вкус, — пожимаю я плечом.
— У меня нет вкусов. Я всеядный.
— Удобно… — фыркаю в ответ.
— Да.
— Тогда… — смотрю на его профиль. — Что-нибудь с ананасом. И с грибами…
Подхватив трубку стоящего на тумбочке телефона, он звонит на ресепшен и делает заказ.
Мой желудок напоминает о том, что на банкете я ни крошки не проглотила. Желудок у меня пустой, и, когда Расул отправляется в душ, в животе у меня настоящий вой.
Я забираюсь на кровать и поджимаю под себя ноги.
Включаю телевизор, но мой слух настроен исключительно на одну волну. Пялясь в экран, я слышу только шум воды за стенкой.
Когда он стихает, я перевожу взгляд на маленький коридор.
Расул появляется там через секунду в одном полотенце, обмотанном вокруг бедер. Тугой узел красуется прямо под дорожкой волос на его плоском животе. Он там, где эта дорожка становится особенно густой. На его груди блестят капли воды, в волосах тоже.
Я поджимаю на ногах пальцы.
Скорость обслуживания в этой гостинице пугает, ведь в дверь раздается стук.
