Больное сердце

Хотя и не раз уже и не два Соня уверяла Валеру, что и на исторической родине супермаркеты ломятся от упаковок, пакетов, коробок и прочих емкостей. Так же, как и не раз и не два ехидно под запотевшую рюмку водки, она просила его вспомнить: неужто он в Москве своего детства, юности и даже зрелости ничего слаще цветков хризантемы, что гнили нынче в его американском холодильнике, не ел? А разве не вспоминала Сонечка с Валериным другом Максом винницкие борщи Максимкиного детства, истекая ностальгией? Разве не ронял хмельную мужскую слезу номинант на Нобелевскую премию в области биологии за достижения в какой-то термоядерной гидропонике, пусть эту премию и не получивший, но при полном параде рядом постоявший, Максим Ильич Белогурский, вспоминая запах малороссийских помидоров и южноукраинских абрикосов? Разве не бил себя в грудь кулаком сам Валера, пару недель назад мечтавший «еще раз» вдохнуть запах свежеиспеченных «кирпичей», что привозил по ночам в московский двор его детства шофер хлебобулочного комбината? И вот опять – двадцать пять, нате пожалуйста: «Дома-то, небось, нет таких кунштюков!» Добрая память подменяется с течением времени недобрыми пропагандистскими стереотипами даже у добрейших.

– Валера, а в Америке есть сливочное масло? – спрашивает у хозяина, искренне моргая незамутненными глазами, Сонечка.

– Что вы, что вы, Софья! Сливочное масло – это холестерин! Смерть сосудам!

– Валера, ну уж вы-то, как дважды прошедший адовы круги биохимий, нормальных и патологических анатомий и физиологий, должны помнить, что без сливочного масла, то есть без холестерина, нет нормальной выработки коллагена, а следовательно, нормального состояния подкожной клетчатки и соответственно тургора кожи.

Валера, маргарин – плохо, сливочное масло – хорошо. Кроме того еще, что первое невкусно, а второе – напротив. Валера! Ну, вспомните, вспомните же! Свежесваренный кофе с положенным ему кофеином. К нему – душистый хлеб, только что из печи, безо всяких навечно сохраняющих мягкость разрыхлителей, увлажнителей и красителей, щедро намазанный сливочным маслом. Или, скажем, сладкий чай. С сахаром, а не с сахарозаменителем, не вызывающим диабета, но провоцирующим рост опухолевых клеток у лабораторных крыс. Итак, помним, свежий хлеб со свежим слезящимся сливочным маслом и самым обычным российским сыром из самого обычного молока – это к кофе с кофеином.