Боло!

Он помолчал, обводя взглядом мрачные лица, смотрящие на него в ответ, а затем улыбнулся совершенно невесело.

— Это не то, чего мы ожидали, и я не буду пытаться приукрашивать ситуацию для кого бы то ни было. У них будет значительное превосходство в вооружении и численности. И хотя система гипернаблюдения засекла их далеко за периметром системы, к тому времени, как мы сможем туда добраться, они пробудут на земле не менее восемнадцати часов. Хотелось бы надеяться, что орбитальная оборона Шартра откусит от них кусок, но мы не можем на это полагаться.

А даже если и так, то эта оборона недостаточно сильна, чтобы противостоять таким крупным силам без вспомогательных подразделений флота, которых у них нет.

— Коммодор Селкирк уверен, что сможет подвести нас к планете на расстояние удара, но маловероятно, что он сможет прикрывать нас на всем пути. Это будет десант со штурмом, потому что к тому времени, как мы туда доберемся, Собачки почти наверняка установят контроль над околоорбитальным пространством.

Это означает, что, по крайней мере, некоторые из крупных городов уже превратятся в огненные шары к тому времени, как мы приземлимся.

— Сейчас зампотылу сообщит вам расписание посадки и все подробности о ситуации на Шартре, которыми мы располагаем, буквально через минуту, но сначала я должен сказать еще кое-что.

Он помолчал, а затем спокойно продолжил.

— Мы понесем потери, ребята, — сказал он им.

— Возможно, они будут тяжелыми. Но мы — единственный шанс, который есть у жителей Шартра. И мы — бригада “Динохром”. Помните об этом.

Он выдержал их взгляды, затем кивнул и отступил назад, когда майор занял свое место за кафедрой и включил огромный голографический дисплей позади себя.

— Как вы можете видеть, ситуация в системе Шартр такова..."

"Манека снова откинулась на спинку командирского кресла в сердце Бенджи.

Она чувствовала, что пульс у нее бьется сильнее, чем следовало бы, и, хотя во рту почему-то пересохло, она поймала себя на том, что снова и снова сглатывает.

— Мандраж, — сказала она себе. И неудивительно! Наверное, я сама должна быть Боло, чтобы не чувствовать его. Но, Боже, я боюсь!

— Бенджи?

— Да, Манека?

— Бенджи, я до смерти напугана, — с несчастным видом призналась она.

— Нет, это не так, — спокойно сказал он ей.