Большая (маленькая) ложь в Академии магии (СИ)

При очень высокопоставленных людях и одном Лоуренсе, который, будь у него возможность испепелять взглядом, уже спешил бы проветрить столовую, чтобы избавиться от моего пепла…

Я просто пыталась справиться с обжигающе горячими руками на талии, насыщенным мужским ароматом, словно облаком, окутывающим меня, и головокружением от осознания всего происходящего.

Но нельзя все это продолжать. И наслаждаться крепкой спиной, на которую можно опереться, скрывая вмиг ослабевшие коленки, тоже нельзя. Это билось в моей голове пульсирующей мыслью.

Нужно признаться. Это будет больно, но честно.

Вдох, выдох. Давай, Диара, собери свои мысли в кучу…

— Простите, — громко и четко произнесла я, будто отвечала на экзамене, — но я совсем не… ммм…!

Рука Ноэля вдруг оказалась на моих губах, закрывая рот, а вот Лоуренс чуть стойку не сделал, пытаясь понять, что я говорю.

— Стесняешься, стесняешься, не спорь, — мягко пожурил меня лорд Валанье, и…

И, повернув мою голову в свою сторону, чмокнул меня в нос, отчего «мычать» я, естественно, прекратила, озадаченная происходящим.

Но с ума сошла не только я, судя по всему…

— Да, пап, — вдруг вмешалась Мира, топнув ногой и перетягивая все внимание на себя. — Диара очень стесняется. Но она моя подруга. Ты придумаешь ей какую-нибудь работу во дворце, чтобы мы чаще виделись?

Вот теперь озадаченными выглядели, кажется, все, кроме довольно улыбающегося Ноэля.

— И ты… не против? Не против, что у Ноэля появилась невеста? — пораженно уточнила королева, склонившись к принцессе.

— Она моя подруга, — гордо вскинув голову, произнесла Мира. — Она лучшее, что могло произойти с Ноэлем.

Окончание фразы, которую принцесса не произнесла вслух, тем не менее «услышали» все: «Кроме меня. Но если уж не я, то пусть будет Диара».

Королева Танития всхлипнула, вдруг крепко обняв дочь.

— Конечно, мы подберем ей работу рядом с тобой… — пробормотала она, поглаживая заулыбавшуюся Миру по голове.

Но радость принцессы была преждевременной.

— Нет, Танни. Ты спешишь с обещаниями, — вдруг произнес король сурово, заставив Миру и королеву синхронно повернуться к нему. — Альдамира вкусила слишком много свободы, из-за чего мы ее чуть не потеряли. Я все решил. Мы подберем тебе самый строгий пансион для благородных девиц, где помогут вбить в твою голову почтение перед указаниями родителей и привычку слушать старших. Так что о слове «свобода», дочь моя, ты можешь забыть.