Костя сразу обнимает. Двумя руками, крепко-крепко. И я совсем расклеиваюсь. Меня сто лет не обнимали так. Макс не умеет проявлять чувства, его бывшая жена относилась ко мне хорошо, но мы не сблизились по-настоящему. Друзья, подружки — тоже не то. Наверное, последний раз так обнимал меня Котя, когда мы в аэропорту прощались.
Мы с ним как родные. Мне нужно почаще напоминать себе о об этом. Не пялиться при каждой возможности на его член, не плыть от его улыбок и не растекаться от прикосновений.
И ни в коем случае не нюхать его кожу, как делаю сейчас.
Вот зачем он пахнет так вкусно? И это не туалетная вода, это его личный запах. Я его помню и ни с каким другим не спутаю. Жаль, что нет такого парфюма, за любые деньги бы купила и на подушку брызгала перед сном.
— Ну что ты, Мах? — шепчет обалденно пахнущий Костик, поглаживая меня по спинке. — Не нужно так расстраиваться. Все позади, все хорошо…
В ответ я тихо всхлипываю. Все плохо. Просто ужасно! Меня к нему тянет. Умом понимаю, как это глупо, но остановиться воли не хватает.
Обнимаю, прижимаюсь, тычусь носом в теплое плечо…
Успокаиваюсь так же внезапно, как разревелась. Внимание переключается. Я вдруг остро ощущаю твердость и жар мужского тела и неоднозначность поглаживаний. Костя в одних брюках, а на мне атласный комплект из шортиков и маечки. Ткань тонкая и невесомая, а контактируем мы тесно. Я чувствую его дыхание на волосах, слышу гулкие удары его сердца. Они не такие частые, как мои, но мощные настолько, что грудная клетка содрогается.
А еще… Это ужасно неловко, и я запретила себе думать, но у Баринова, кажется, эрекция.
— Все, Коть, я в порядке, — решительно отстраняюсь. — Извини, не сдержалась. Чертовы эмоции. Весь день на них, сама не своя…
— Это я заметил, — улыбается он. — Давай в кроватку отведу, тебе давно пора баиньки…
Говорит как с маленькой, а у самого стоит на меня. Смотрю на его пупок и спускаюсь взглядом ниже, по дорожке из жестких волос к внушительному бугру. В памяти свежи картинки из беседки: пульсирующий член и то, как Лина одним махом его заглотнула.
Я бы так не смогла.
Боже! О чем я опять думаю?!
А он о чем думает? Почему так бурно среагировал на дружеские обнимашки? У меня, конечно, опыта немного, но на непроизвольную эрекцию это не похоже. И зачем он мою грудь на фотке рассматривает? Я же малая! На горшке при нем сидела, все такое.
Глава 16
Костя продолжает стоять и дышать мне в ухо. Вижу, как часто вздымается его грудная клетка, и у самой дыхание учащается.
