Больше, чем страсть

– Сильно сомневаюсь, – заметила Клео и объяснила: – Но я предлагаю вам не бизнес и коммерческую сделку, а нечто гораздо более значимое, дорогое и важное.

Через сорок минут Клеопатра вышла из этого кабинета, имея на руках мандат, в котором сообщалось, что гражданка Архарова К. П. добровольно и безвозмездно отдает свою частную собственность в виде бродячего цирка шапито со всем его имуществом, кроме личных вещей и сбережений, в собственность рабоче-крестьянского пролетарского государства и Совета народных комиссаров, и назначается директором и управляющим «цирка Архарова», который отныне охраняется государством и берется им на полное довольствие.

А также документ о том, что товарищ Архарова К. П. есть друг, соратник и помощник революции и находится под охраной, как человек государственного значения.

Когда Клео «закончила» с товарищем комиссаром, он находился практически в полной прострации, получив моральный, душевный и физический шок, и перед глазами его все стояла картина: великолепная Клео, севшая на край его стола и сделавшая идеальный шпагат своими чудными ножками в чулочках, попутно продемонстрировав товарищу комиссару полное пренебрежение к ношению нижнего белья.

Вы вообще представляете, что и как может вытворять акробатка такого уровня, как Клео, занимаясь сексом с мужчиной в постели и вне ее?

Товарищу комиссару такая возможность представилась, и на несколько лет он стал любовником и ярым поклонником всех талантов Клеопатры Архаровой.

Мужчины всегда сходили по ней с ума, бывало, что и в прямом смысле с обещаниями покончить с собой, если предмет страсти откажет ему, или зарезать ее ножичком, но все это Клео было безразлично.

Никогда ничего не боялась, и мужчин для себя выбирала сама, и бросала их без тени сожаления, если разочаровывалась или остывала. Но некоторых из них Клео уважала, ценила, и после окончания романа они на долгие годы становились друзьями.

Она выступала на арене до сорока пяти лет и все еще выглядела юной девушкой, а при этом руководила цирком железной рукой.

Большевики цирк любили и помогали, как ни странно, сохранить его. Клеопатра даже встречалась с Луначарским, который вручил ей почетную грамоту и выписал особый охранный мандат, утверждавший ее пожизненное руководство цирком в связи с тем, что Клео была первой и единственной, кто передал свой цирк добровольно государству за год до того, как специальным постановлением Ленина в девятнадцатом году все цирки в стране национализировали.