Больше, чем страсть

Сталин тоже благоволил к циркам, поскольку это был единственный вид искусства, абсолютно неполитизированный, имеющий своей основной задачей – развлекать, удивлять, приводить в восторг и поражать человеческими возможностями. А клоунам в их репризах категорически запрещались любые вольности.

В тридцатом году дочь Клеопатры Виолетта, разумеется, талантливая акробатка, выходит замуж за воздушного акробата Артура Козака. Он берет фамилию Архаров, становится акробатом и возглавляет номер жены.

Надо объяснить, что такое для цирковых династия.

Это высшая элита, высшее звание, как дворянство – это особая каста, войти в которую очень непросто. В этой среде существует традиция династических браков и слегка пренебрежительное отношение к тем, кто пришел в профессию со стороны из семей, не имеющих отношения к цирку. А если партнер занимается чем-то иным и не принадлежит к цирку – это вообще мезальянс ужасный."

"Клеопатра, как основательница династии, очень серьезно выбирала для дочери мужа.

Артур был надежным, а главное, являлся сиротой, и это позволило надеяться, что он окажется абсолютно предан их семье, фамилии и цирку. Взвесив все это, Клео просто приказала детям жениться.

Как ни странно, этот брак оказался счастливым и крепким благодаря общности интересов, а может, и еще чему.

В тридцать втором году у них рождается дочь Элеонора.

Тридцатые-сороковые годы стали расцветом Советского цирка, и Клео делала все, чтобы ее предприятие вошло в пятерку ведущих цирков страны.

Она еще в двадцать восьмом году добилась, чтобы у цирка появилось собственное здание, и теперь, расположившись в нем, руководила своей империей.

Никакие репрессии не коснулись ни Клеопатры, ни членов ее коллектива, она, как орлица, оберегала свое детище и своих людей. Клео обладала каким-то мистическим чутьем, способностью разбираться в людях и даже предугадывать будущее.

В городе перешептывались, что она, мол, дружит только с теми, кого не арестуют. Вместо первого секретаря обкома партии Клео вдруг допустила к своему телу его третьего заместителя, который, пережив и первого, и второго, занявшего его место, через три года возглавил обком.

И так по всем структурам власти. Чиновники с катушек съезжали, стараясь набиться Клео в друзья, полагая, что это оградит их от репрессий.