Кирилл
Мне совершенно не хотелось оставлять мою девочку одну, но мы несколько месяцев вели переговоры, для заключения контракта с немцами. Ещё на встрече, на душе было не спокойно. Дурное предчувствие посещало мысли. Я проверил договор, всё в порядке, ошибок нет. Тогда что это за ощущение? Надеюсь с моей малышкой всё хорошо.
После подписания договора, я взял билет и вылетел первым же рейсом. Прихватив для парней немецкого пива, а девчонкам "" Ледяное вино"". Мне не терпелось увидеть мою любимую. Заехал домой, чтобы переодеться, сложил сумку и выехал на дачу.
От предвкушения встречи, по телу разливалось тепло. Мы сегодня останемся с ней вдвоём, в одной постели. Она должна ко мне привыкнуть, чтобы сделать следующий шаг. А ласки и поцелуи помогут нам в этом."
"Когда подъехал, на месте никого не оказалось, дверь была открыта. Отнёс сумку в нашу с Ритой комнату, переодел плавки и двинулся к пруду. На встречу мне шли ребята, о чём-то тихо переговариваясь. Но Риты с ними не было. Во мне поселилась тревога.
– Где она? – грубо задал свой вопрос.
В их глазах я увидел жалость, а в Лиеных – грусть.
– Кир, не ходи туда, – ответил Ник.
– Я спрашиваю. Где Рита?
– Она трахается с Виком, – съязвила Юля. – И по стонам понятно, как им хорошо, – смеясь продолжила она. – Кирюш, пошли со мной, зачем тебе эта шлюшка малолетняя, я дам всё что ты пожелаешь.
– Пошла ты.
Неверие, боль, смятение, предательство, опустошение. Не передать словами, какие чувства пронеслись во мне. Я оттолкнул ребят, и побежал к пруду.
Приближаясь, я услышал эти стоны, и моё сердце облилось горькими слезами. Я увидел их вещи, и остался ждать, закуривая сигарету. Ещё вчера она была не готова, просила подождать, а сегодня раздвинула ноги перед другим. Да ещё перед тем, кто и мизинца её не стоит. Кто наиграется и бросит, растопчет, наплюёт и даже не оглянется.
– Что же ты наделала, девочка моя, глупая, – прошептал я, затягивая горький дым.
Стоны затихли и спустя время я увидел, как ко мне приближались два силуэта.
Они держались за руки. Рита была в белом купальнике и спутавшимися волосами. Она не смотрела на меня, отводила взгляд. Стыдно. Конечно стыдно. Она дала мне надежду. Надежду на нас. И теперь всё разбито. Моя любовь горит адским пламенем. И поджёг его мой лучший друг.
– Кирилл, нам нужно поговорить, – серьёзно, с сочувствующим взглядом сказал Вик.
– О чём? – я поднялся, и со всего размаху, вкладывая в удар всю боль и отчаяние, врезал ему по морде. – Ах, да.
