Большие дела

─ А мы и есть санитары, ─ серьёзно заявляет он.

─ Нам только ещё пёсью голову и метлу к седлу прикрепить остаётся.

─ Ты, Егор, не ёрничай, ─ говорит Роман, ─ а лучше подумай. И ни с кем этот разговор не обсуждай. Пусть между нами останется, лады?

─ Разумеется, Роман Александрович.

─ Вот и хорошо, ─ устало вздыхает он. ─ Ты пирог-то ешь, не стесняйся, добавка имеется.

─ Роман Александрович, ─ говорю я, отделяя вилкой кусок пирога. ─ Поговорите с Валей, пожалуйста.

─ На предмет Снежинского. Я бы всё-таки попробовал его услать на Калыму или Магнитку.

─ Ну, попробуй, я-то причём?

─ Так ваша дочь, всё-таки.

─ Не понял. Ты же сказал, она тебе пообещала.

─ Да… ─ мнусь я, не зная, как сказать. ─ Разозлилась она на меня, понимаете?

─ Как это? ─ удивляется он.

─ Да, я обещал к ней зайти, а тут все вот эти дела… короче даже не позвонил. Она сказала, чтоб забыл, как звать её.

─ Да, брат, ─ смеётся Куренков. ─ Попал ты. Валька она знаешь, злопамятная какая. Всю жизнь помнить будет. Теперь только женитьбой можно ситуацию поправить.

─ Женитьбой? ─ ошарашенно переспрашиваю я.

─ Да, ─ серьёзно отвечает он и, не сдержавшись начинает хохотать во весь голос, приговаривая сквозь смех, ─ испугался, брат, испугался…

Просмеявшись, он выходит в прихожую и через пару минут возвращается. Он уже не смеётся, но на лице его ещё сохраняются едва читаемые следы недавнего веселья.

─ Сейчас придёт на пироги с яблоками. Она материн пирог ни за что не пропустит.

И действительно, не успеваю я съесть половину своей порции пирога, который действительно очень и очень хорош, появляется Валя.

─ О, а этот чего здесь делает? ─ сердито спрашивает она.

─ Наслаждаюсь пирогом твоей мамы, ─ с улыбкой отвечаю я. ─ Тебе обязательно нужно попробовать. Яблоки сохранили упругость и не раскисли, не превратились в кашу. Бисквит воздушный, нежный и очень сочный, будто пропитанный сиропом. Если его сжать, он склеится. Восхитительный. Сладкий с кислинкой, ароматом ванили, корицы и лимона. Настоящий шедевр.

─ Ого, это я что ли такой испекла? ─ входит на кухню сухощавая и немного чопорная жена Романа.

─ Нашёлся тут поэт, ─ сердится Валя. ─ Мы и без тебя знаем, что мамин пирог самый вкусный. Ты чего пришёл?

─ Я позвал, ─ усмехается Рома.

─ За такие слова я тебе с собой дам пирога, ─ милостиво сообщает мне Марина.

─ О, спасибо, я и не смел надеяться.

На какое-то время собрание превращается в семейное чаепитие. Но вскоре, приготовив мне свёрток, Марина уходит, и мы остаёмся втроём.