Большие дела

Ну, ёлки-палки… Этого нам только не хватало!

Мы останавливаемся посреди дороги. Парни пытаются реанимировать нашу зелёную карету, а я молча жду, размышляя над тем, кто это мог быть ─ снова Печёнкин или Ашотик. По большому счёту, это одно и то же, но точность не помешала бы.

Наконец, когда выясняется, что с тачкой ничего сделать нельзя, я забираю свою куртку, превратившуюся в решето, выхожу из машины и иду дальше пешком. Ребята меня провожают и собираются тусоваться в подъезде, но я их отправляю по домам. Соседи у нас бдительные, обязательно милицию вызовут, а это ни к чему.

Захожу домой. На кухне горит свет, Наташка не спит, ждёт меня. Она сидит за столом спиной к двери и не поворачивается, когда я вхожу.

─ Привет, ─ говорю я и кладу на стол свёрток с пирогом. ─ Пирог яблочный принёс. Будешь?

─ Нет, ─ качает она головой. ─ Это кто, секретарь горкома испекла?

─ Жена товарища, с которым я встречался.

─ Жена товарища? ─ повторяет она. ─ Ему, стало быть, восемнадцать уже исполнилось, раз жена имеется?

─ Ему-то? ─ усмехаюсь я.

─ Исполнилось. Лет тридцать назад. Он уже взрослый дядя.

─ Понятно, ─ кивает она и оборачивается ко мне.

Её лицо вмиг делается испуганным, и она резко вскакивает из-за стола.

─ Егор! ─ выдыхает она и прикрывает ладошкой рот. ─ Что случилось?

─ Что? А… это… стекло в машине разбилось, ничего страшного.

Я и забыл, что рожа у меня вся в крови.

─ Не беспокойся. Я пойду умоюсь. Родители спят уже?

─ Да, ─ говорит она и идёт за мной в ванную.

Я смотрю на себя в зеркало.

Да уж, выгляжу как оборотень, сожравший человека. Умываюсь. Вода, как в кино, становится розовой… Когда засохшая кровь смывается, оказывается, что ранок на лице не так уж и много.

Наташка протягивает полотенце и внимательно рассматривает красные следы на моём лбу и щеках. Её лицо оказывается так близко к моему, что я вижу каждый волосок её бровей, каждую ресничку, каждую точку на коже. Меня охватывает волнение и захлёстывает желанием.

Я обнимаю её рукой за талию и притягиваю к себе, демонстрируя готовность и совсем нешуточные намерения.

Но она успевает выставить руки и упирается мне в грудь.

─ Тебе снова женщина звонила, — хмурясь говорит Наташка. — На этот раз другая.

23. Собирай бюро, родная

Видно, что воздерживаться от упрёков удаётся Наташке с большим трудом.

─ По межгороду, ─ продолжает она. ─ Мама твоя велела, чтобы я ответила, вот я и ответила.

─ И что за женщина? ─ прищуриваюсь я, пытаясь изображать беззаботность.

─ Из Ташкента.